Здравствуй, друг! [СИ] полностью

Я бежал вперёд, пока практически лбом не уткнулся в бетонную стену, поднял голову и ахнул ― она была было метра три высотой, не меньше, а поверх неё шла колючая проволока. И этой стене не было видно ни конца, ни края. В отчаянии, я заметался, как испуганный зверёк в клетке, не зная куда теперь бежать и, в результате, остался стоять на месте.

Да куда же я попал, люди? Если это странная вода дойдёт сюда ― мне конец. Лихорадочно перебирал в уме те немногочисленные знания, что получил от отца. Хотелось попробовать использовать магию, в тот момент это было единственное, что пришло мне на ум. Но когда паникуешь, как известно, забывается даже то, что знал с детства, что же говорить о моих, честно говоря, совсем скромных познаниях в магии, и тут…

Сначала я заметил тёмную фигуру, бегущую вдоль стены в мою сторону, а потом услышал приглушённый голос.

― Боб, ты что, совсем идиот? Не знаешь, где право, где лево, да? От страха штанишки обмочил и всё перепутал, скотина безголовая, что б я с тобой ещё хоть раз связался. Что, оглох, что ли? За мной беги, но дома от меня пощады не жди…

Ясно было, что тип в чёрном ошибся, перепутав меня с кем-то по имени Боб. Но я не стал его разубеждать и побежал за ним следом. По пути сообразил, что язык, на котором он ко мне обращался, очень похож на английский, и, хотя я без труда его понимал, заставил себя сосредоточиться, как учил отец. А сделать это на бегу было не просто.

Метров через пятьдесят бетонная стена внезапно кончилась, вместо неё появилась толстая проволочная сетка. Незнакомец нырнул в разрез, видимо заранее им приготовленный, и я последовал его примеру. В этот самый момент завыла сирена и залаяли собаки. Сквозь решётку были видны отсветы поисковых фонарей, и голос незнакомца снова окликнул меня.

― Ну, что опять тормозишь, к воякам в лапы захотел?

Я отрицательно замотал головой.

― Нет, чё, правда? Тогда не стой столбом, помоги вытащить байк.

В этот момент проклятые луны выглянули из-за туч и осветили нас обоих, суетящихся возле тяжёлого мотоцикла. Мы впервые увидели друг друга и ахнули, каждый по своей причине. Я ― потому что передо мной была копия моего заклятого врага по школе, Чака. А незнакомец ― потому что рассмотрел, наконец, что я и этот его Боб, как говорится, две большие разницы.

― Какого хрена… Ты ещё кто такой? ― тут он хорошенько выругался, а потом завертел головой, ― Боб, вот идиот, попался-таки, а ты, чего на меня вылупился, понравился, что ли? Здесь останешься, с вояками объясняться, как в запретную зону забрался, или в город со мной поедешь?

― С тобой, конечно, ― я скорчил наглую рожу, ― давай, заводи свой байк, ― а после, как ни в чём не бывало уселся на сиденье позади него. Сердце словно взбесилось от страха, но «морда кирпичом» меня выручила. Незнакомец хмыкнул, сунул мне в руку шлем, и мы поехали.

Сначала по лесу, а через несколько минут выехали на шоссе. Вот тут-то я обалдел: отличная дорога, гладкая и ровная, без единой вмятины на асфальте, не говоря уже о полном отсутствии ям, не то что у нас. «Неужели в Штаты занесло? А как же две луны? Ладно, не стоит забивать себе голову, не сейчас!» ― я чувствовал, как встречный ветер быстро превращает меня в сосульку.

В прошлом мире я умирал от жары, а здесь в одних шортах и футболке ― замерзал как бездомный пёс. Стояла ли ранняя весна или поздняя осень ― кто знает, мы так быстро проезжали мимо деревьев, что не успевал рассмотреть, есть ли на них листья. Незнакомец гнал как сумасшедший, и был бы я одет теплее, наверное, восхитился бы его ездой. А так…

Внезапно всё кончилось. Байк остановился перед небольшим домом с вечнозелёной изгородью. Я так замёрз, что не мог пошевелиться, даже не представляя, как буду слезать. За меня это сделал незнакомец; думал, он сбросит меня на землю и уйдёт: Чак, наверняка, так бы со мной и поступил. А этот внимательно посмотрел на меня и присвистнул.

― Ты псих, да? Синий аж весь, снег только на прошлой неделе сошёл, самый холодный конец весны за последние, наверное, сто лет, а ты уже, я смотрю, в шорты вырядился. Сможешь сам встать?

Я отрицательно покачал головой. Незнакомец осторожно помог мне слезть и посадил на скамейку около дома. Он больше не ругался, осторожно перекинул мою руку себе за шею и почти потащил, но не к основному входу, а к другому, с торца. Мы зашли внутрь, и я, наконец, почувствовал тепло. Тут-то меня и зазнобило. Зубы выбивали такую дробь, что самому становилось за них страшно.

А мой «спаситель» несмотря на свой туповатый вид и неприятную схожесть с Чаком, вёл себя очень разумно: усадил меня в горячую ванну и заставил проглотить какие-то таблетки. Удивительно, но он не злился на меня и вел себя спокойно. После ванны, завёрнутый в махровую простыню, я упал на постеленном мне диване, чувствуя, как усиливается озноб, нашёл в себе силы прочитать исцеляющее заклинание, которое отец заставил меня вызубрить в первую очередь.