Для того, чтобы он вообще смог выйти оттуда, его друзья и коллеги весь день писали, звонили и доказывали; в прокуратуру приезжал полковник Огюстер, Хольвин позвонил, как только вернулся из леса, бригада ликвидаторов написала километр объяснительных... В конце концов эти усилия дали плоды, вовсе не сладкие, но все-таки более или менее съедобные: Тео был признан достаточно безопасным для общества, чтобы в прокуратуре решились освободить его на поруки до суда. Не тюрьма, всего-навсего отстранен от дел.
Всего-навсего...
Рамон весело выскочил за дверь, вилял хвостом, путался под ногами - радовался, что можно, наконец, уйти из кабинета, пропитанного запахами страха, злобы и начинающегося распада души. Радовался, покидая управление, где его привечали, как могли. Жандармы с псом кокетничали, предлагали ему колбасу и печенье, звали погулять, пока Тео пишет - но Рамон даже Ипостась не менял, сидел у ноги своего проводника сурово и хмуро, отказывался от угощения и прогулок. Когда отчаянно понадобилось выйти во двор, пес сходил в человеческий туалет, чего двоесущные терпеть не могут, это им и физически, и морально неудобно. Несмотря на все здешнее дружелюбие, Рамон не доверял жандармам, которые имели власть запереть его друга в отвратительном месте, как в клетке. Каждую минуту Тео чувствовал его отчаянное желание защитить и помочь, и сам впадал в отчаяние, понимая, что ни преданность пса, ни любовь товарищей в этой ситуации его не защитят... Напряжение не спало и за дверьми управления.
Вечер теплого дня оказался неожиданно ветреным и холодным. Тео начало слегка знобить; он застегнул ворот форменной куртки до самого горла. Рамон вдруг гавкнул высоким, щенячьим каким-то голосом, как обычно лаял при виде очень славных и хорошо знакомых людей. Тео оглянулся и увидел девушку-кинолога, ту самую, которая сообщила об отвратительной выставке и собачьих муках.
Жасмин.
Она стояла под фонарем, ссутулившись и спрятав руки в карманы, ее волосы трепал ветер. Рамон подбежал и перекинулся, чтобы понюхать ее лицо и виски. Жасмин улыбнулась, щелкнула его по носу - пес нимало не обиделся, уставно отстранился, оглянулся на Тео, ухмыляясь во все клыки:
- Смотри, она здесь!
Тео подошел. Жасмин, осветившись лицом, протянула руку:
- Поздравляю, капитан. Счастлива, что у кого-то в нашей системе есть совесть, и что человека, исполнившего свой профессиональный долг, не швыряют в тюрьму.
Тео пожал холодные пальцы. Грустно улыбнулся в ответ.
- Тюрьма еще впереди, Жасмин, хотя вы ее и отодвинули. Мне сказали, что вы написали письмо в прокуратуру, как представитель Лиги - спасибо. И вы мерзнете тут из-за меня все это время? Я вам страшно благодарен, дружище...
Она смутилась, дернула плечами, принялась трепать Рамона за ухом.
- Ты играешь с палкой, отважный воин? Ну, принеси мне палку. Хочешь побегать?.. Тео... я просто навещала щенят у одной своей ученицы, мне позвонили, тут рядом... О, отличная палка. Ты хорошо ищешь? Ищи!
Зашвырнула палку далеко вперед, в кусты, с удовольствием пронаблюдала, как Рамон в Младшем Облике помчался ее разыскивать.
- Отличный пес. Повезло вам.
- Не знаю, что сегодня делал бы без него... Вы сейчас домой? Вас проводить?
- Я тут рядом... давайте погуляем с ним, а? Он весь день с вами без движения сидел? Милая самоотверженная зверюга... Молодец, дорогой. Отлично. Ищи еще!... Знаете, капитан Тео... я надеюсь, тюрьмы не будет. Это было бы бесовски несправедливо. Я больше не была там сегодня... но я знаю... им ввели морфий... Тео, простите, знаете, как я вам признательна?! Десять жизней - и один тухлый мерзавец, такой же мертвяк, как все мертвяки, только опаснее, потому что имел видимость живого...
Рамон подал палку Жасмин в руку, и она присела погладить пса. Тео показалось, что ледяной тон в голосе девушки скрывает обычный для Хозяина в подобной ситуации горячий комок слез, но Жасмин обернулась, взглянула сухими глазами.
- Я иногда ненавижу людей, капитан Тео.
И Тео вспомнил: "Прости, но я этот твой город ненавижу".
- Вы знакомы с Хольвином? - спросил он. - С посредником северо-западной области?
- Как-то встречалась на семинаре. Знаю, что он тоже много работает с собаками. Ваш консультант? - тон Жасмин стал спокойнее, она отвлеклась.
- Мой, можно сказать, учитель. И Рамона он воспитывал. У него отличные ищейки, лучшие ищейки, бриллиантовые носы СБ, - улыбнулся Тео. - А вы наш кинолог?
Жасмин и Тео вышли на людную улицу. Рамон перекинулся и пошел рядом в человеческом виде, слушая разговор. Проклепанный ошейник, блестящий никелерованными ромбиками и Путеводной Звездой, в полной гармонии с черной глянцевой трансформированной шкурой и короткими блестящими волосами делал его похожим на технопанка. Тео хлопнул его по спине; Рамон ухмыльнулся, клыки только дополнили картину.
- Нет, я работаю в приюте Лиги, - сказала Жасмин. - И с беспризорными псами.
- Та еще работа.
