У следующего цеха трубы в последний раз изгибались. Две самых толстых уходили вертикально вниз, в землю, остальные упирались в стену. Закуток был глухой, пустой, поэтому можно было выдохнуть, расслабиться и даже встать в полный рост – тогда одно из двух узких вентиляционных окон, светящихся голубым, оказывалось как раз на уровне глаз.
Внутри все перегородки были разломаны и выброшены на улицу. В центре получившегося просторного зала искрились сразу три портала. Правый из них был тёмным, с туманом. Сразу же возникло ощущение, что стоит он (в том мире, по другую сторону отверстия) высоко-высоко. Возможно, на горном пике или на верхнем ярусе высокой башни. Второй отдавал жёлто-зелёным, за ним было видно день и древние, побитые временем и поросшие чахлой травой каменные плиты. На той стороне вблизи портала суетились многочисленные орки, перекрывая обзор вдаль.
Третий портал, светившийся на весь цех ярким голубым и фиолетовым, стоял позади этих двух. Для нас он выглядел просто свечением, сквозь которое виднелся все тот же выход из цеха. В какое место ведет он, нас очень интересовало, но видно не было.
Но гораздо больше нас интересовали сразу два новых существа, каких видеть пока еще не доводилось. То, что издалека мы приняли за голову, являлось верхушкой капюшона. Полностью закутанное в черную с серебряными нитями ткань, одно из них легко передвигалось по цеху и, о чудо, отдавало приказы оркам. Без слов: пятерка хорошо экипированных монстров стояла в покорности, а «новенький» кивал им и делал неопределенные жесты руками.
Второе существо в это время встало на округлый невысокий постамент вроде тех, что орки ставили под портальные камни. В такт движениям существа по краям постамента пробегали разноцветные сполохи. Если вы года-нибудь видели парафиновый светильник, в котором всплывают и опускаются подсвеченные снизу капли, то поймёте, что я имею ввиду. Разве что тут капли исходили прямо из камня, а исчезали под складками балахона.
Иногда оба существа замирали и переглядывались, после чего следовала новая серия движений и приказов. Орки, несмотря на беззвучность происходящего, понимали команды, один за другим выбегали из ангара, чтобы их выполнить.
– Бинго! – сказал Вадим. – У них есть командиры. Тощие какие-то. Аристократия? Ну, или учёные. В общем, не бойцы.
– Похоже, что это вообще другой вид, – заявил Платинота. – Я бы сказал, родство примерно как между нами и неандертальцами.
– Это нам, ребята, необычайно свезло! – прошептал Андрей. – Теперь бы еще взять одного из них живым.
Вадим потянул на себя створку окна, но она не подалась, приржавела. Тогда он попробовал ногой на прочность изгиб трубы.
– Там под крышей есть дыра. Если подсадишь, я могу вломиться через неё и скрутить одного. А вы прикроете.
– Опасно. Если он заорёт, услышит весь двор. Тебе отходить будет некуда.
– Отходить я буду снаружи вдоль стены и сразу к той дыре в заборе. Оглушу, через плечо перекину, чтобы вслед ничего не кидали, и дёру. А вы подстрахуете. Не факт вообще, что они орать умеют, вон этот – еле шипит.
Платинота подтвердил.
– Да, возможно, они не могут громко кричать. У орков строение скелета не даёт развиваться лёгким. Они качают воздух специальным мышечным органом, горловым насосом. Им и звуки издают. Примерно, как поющие гекконы.
– Ну, и? – не поняли мы. – Орут-то они будь здоров!
– Этот новый вид… У них горло намного тоньше и насос должен быть меньше. Так что громкость голоса может оказаться не громче, чем у земных ящериц.
– Ну хорошо, будем на это надеяться. Но полагаться не станем, работаем аккуратно. Уж больно редкий выплал шанс, упустить нельзя. Ждем, когда орки свалят, а потом действуем.
Но когда орков осталось всего двое и мы приготовились «действовать», появились совсем другие проблемы. Прямо под ногами внезапно раздалось громкое чавканье и фырчание. Свиноволк (то ли тот же самый проявил настырность, то ли другой) вышел из-за угла. Сразу же учуял нас и задрал морду.
Полагаясь только на темноту, мы по-прежнему в рост стояли у стены. Зверюга прижала уши, оскалилась и с рыком встала на задние лапы. В такой стойке она почти доставала клыкастым рылом до трубы. Естественно, она не могло нас не увидеть.
Андрей, не мешкая, всадил прямо в пасть три или четыре пули. Животное опрокинулось на бок, взревело от боли и забилось на земле в конвульсиях. Погонщик появился уже через секунду и взвизгнул громче своей раненой скотины.
Все находившиеся поблизости орки и гоблины вскакивали с земли и оборачивались на звук. Вопль гоблина резко оборвался на высокой ноте, перешел в кашель с бульканьем. Еще два коротких чпокающих звука окончательно заткнули его.
Оркам нужно было еще полсекунды, чтобы со всех концов двора броситься к нам. Но тут заговорил автомат. Старый добрый «калаш» лупил короткими очередями по кому попало, без разбора. На крыше котельной мигали вспышки и слышался грохот выстрелов, не подавленных глушителем. Коля стоял в рост и долбил от плеча.
