Мы успели запереться внутри церкви, как мне показалось, за секунду до первого удара по доскам могучей орочьей лапой. Пока мы задвигали бревно-засов и подпирали створку тяжелыми скамьями, снаружи выли и бесновались, рубили ножами дверь. Но новые брусья были толстыми, крепкими.
Теперь мы могли передохнуть. Оркам не по силам влезть по отвесным стенам, не имевшим лепных украшений и резьбы, окна слишком высоко, а свиноволку тут нечего делать из-за слишком узких арок.
Когда-то здесь, на месте городского кладбища, располагался монастырь, потом угасший. По преданию, еще при Петре I все его здания разобрали инженерные полки, сооружая новую переправу на реке для срочной переброски войск. Только я думаю, что строительный камень, скорее, растащили на дачи гораздо позже, и сделали это местные жители. А небольшие элементы стен, фундаменты и подвалы кое-где в окрестностях сохранились – расхитители поленились копать. Вокруг церкви раскинулось кладбище, и может быть по этой причине её не тронули.
Архитектура церкви была соответствующая, по-монастырски аскетичная, почти крепостная. Стены полутораметровой толщины. В общем, оркам нечего ловить, разве что они притащат тролля и попробуют выбить ворота.
Артём со своим звеном и Коля с группой арьергарда добрались до кладбища минут эдак на пятнадцать раньше нас, показав гораздо лучшие марафонские качества. Впрочем, они очень вовремя успели слинять с фабрики: пока орки обшаривали старую котельную, ребята неслись во весь дух прямо по дороге. Рассудили, что скорость важнее скрытности. Даже группу гоблинов, выходившую наперерез, уничтожили гранатой, не сбавляя темпа ради перестрелки.
Это позволило добраться до кладбища прежде, чем из долины повалила «карательная экспедиция». Когда орки стали наводнять округу, бойцы ушли от края кладбища вглубь. Еще через некоторое время, чтобы не испытывать судьбу, решили забраться в церковь.
Наше шумное прибытие трудно было прозевать. Оно, кстати, могло бы закончиться и не столь радостно, если бы снайперским огнем с колокольни дорогу нам заблаговременно не зачистили от наиболее приблизившихся уродцев. Только благодаря поддержке мы успели добежать вовремя и почти невредимыми.
Ну, как… Некоторые раны всё равно были. Пара глубоких царапин на ноге Вадима, вновь закровоточившая рана у меня на голове и тому подобное. И только когда Коля, пользуясь передышкой, разложил свой медицинский инвентарь и начал осматривать всех поочередно, выяснилось, что Платинота серьезно ранен.
В его костюм, порозовевший от воздействия близко раскрывшегося портала, попали минимум пять раз. Один топор вскользь чиркнул по шлему, не нанеся вреда. Еще два прорвали рюкзак, наплевав на обещанную нам стойкость ткани к режущим повреждениям. Четвертый каким-то паршивым образом пробил фляжку с водой, оставив в корпусе длинный острый осколок.
А вот пятый удар пришелся в правый локоть, прямо под бронещиток. На керамике осталась зазубрина, два треугольника жидкостной защиты вытекли – сила удара была жуткая. И хотя рана на вид казалась лёгким порезом, пошевелить конечностью Сергей Петрович не мог. Коля быстро поставил диагноз: перелом плечевой кости, смещение оголовка сустава.
Платинота храбрился, уверял, что может продолжить движение. Но когда Николай, шепотом матерясь, вколол ему противошоковое и наклеил на рану пластырь с дезинфицирующе-обезболивающим составом, химик быстро «поплыл». Рука темнела и пухла, её осторожно втиснули обратно в рукав спецкостюма и заблокировали механическое сочленение. Из нескольких спиц собрали шину, зафиксировали жёстко.
– Идти он сможет, – резюмировал медик. – Если колоть регулярно обезболивающее, то даже задерживать нас не будет. Но бегать с такой раной категорически нельзя.
– Оружие держать? – спросил Андрей, хотя всё было и так ясно.
– Только если в левой. Даже пальцами шевелить лучше не надо.
– Ничего, найдём мне место на окраине, в подвале каком-нибудь. Я вас там подожду. На обратном пути подберёте, – рассуждал Сергей Петрович.
– Нет, он должен быть под присмотром. Боюсь, поврежден нерв, может быть обострение. Короче, нужна нормальная медпомощь, как можно быстрее.
– Да ладно тебе, уж как-нибудь доковыляю…
– Нет, – отрезал Андрей. – Твой поход на этом закончен. Вась, ты говорил, что есть второе шоссе мимо кладбища. Как оно идёт? Стороной от фабрики?
– Ну да, так, – ответил я.
– Значит, ты отведёшь его по трассе обратно к месту высадки. Облава двигается в нашу сторону, вы должны нормально пройти.
– Нет, я не… – затянули мы оба почти в один голос.
– Так, отставить! – Андрей сердился. – Плат, ты же понимаешь, что тебе с нами нельзя. Сам погибнешь и нас подставишь, так?
Платинота нехотя согласился.
– Ты кучу ценных сведений собрал, орочьих командиров видел, так?
– Так.
– Ну вот и не превращай дело в еще одни Каракумы! Давай без геройства. Ты обязан вернуться и доложить. Да, и ещё, обязательно нужно отработать фабрику. Авиация, артиллерия, что угодно. Ты видел, там большое скопление противника и важные его коммуникации, а защиты нет. Понял?
– Понял.
– Теперь ты, – Андрей посмотрел на меня.
