С упавшим сердцем, Юлиус наблюдал за его движениями. Он сразу же заметил, что старик держит в руках платок, найденный в кладовой.
- Э... Э... - бурчал хозяин. - Валерия... Валерия Хоуэтт!
Из-под насупившихся бровей он взглянул на своего секретаря.
- Вы знали, что инициалы совпадают?
- Мне никогда это не приходило в голову! - поспешно ответил Юлиус. Кроме того, она в то время еще не жила тут.
- Правильно! - обрезал старик.
Он взял со стола платок и держал несколько секунд на своей громадной ладони. Затем бросил обратно в ящик и с грохотом задвинул его.
- Можете идти. Оставьте газету, я позвоню, когда вы понадобитесь! И прикажите как можно скорее подать обед!
Савини пробыл у себя не больше десяти минут, когда услышал шум отворявшейся в библиотеку двери. Беллами звал его.
- Эй, вы там! Идите сюда!
Старик уже выглядел, как обычно, хотя только что пережитое потрясение не прошло без следа.
- Вы, вероятно, сидели и ломали голову по поводу моего поведения? спросил хозяин. - Напрасно. Я когда-то знавал одного Хоуэтта, а также молодую барышню, которую звали Валерией. Меня потрясло совпадение имен... Какая же из себя эта особа?
- Она изумительно красива.
- Красива?.. Вот как! - сказал в раздумье Беллами. - Ну, а ее отец?
- Вы, вероятно, видели его, мистер Беллами, - сказал Юлиус, - ведь они одновременно с вами жили в "Карлтоне" и как раз на том же этаже.
- Нет, я никогда не видел его! - настаивал старик. - Как же он выглядит?
- Очень высокий и худощавый мужчина.
- Такой больной, тщедушный на вид, - прибавил Беллами.
- Вы, очевидно, видели его, - сказал ему Юлиус.
- Никогда. А его жена с ним?
- Нет, сэр. Насколько мне известно, она умерла.
Старик стоял спиной к камину и внимательно разглядывал сигару. В его привычки не входило курить до обеда, но теперь он откусил кончик сигары и закурил.
Юлиус втайне спросил себя, не успокаивает ли он курением взвинченные нервы.
- Впрочем, быть может, я и видел его, - произнес старик после долгого размышления. - А девушка, она красавица, а? Умная и очень уж живая? Белокурая или темная?
- Темная.
- И очень живая, не правда ли? Что называется, полна жизни?
- Да, мистер Беллами. Это описание подходит к ней в самый раз!
Старик вынул сигару изо рта и внимательно посмотрел на пепел. Затем снова зажал ее своими крепкими зубами.
- Мать ее умерла? - повторил он. - А где жила эта девица до приезда в Англию? Узнайте, пожалуйста. Хотелось бы знать, была ли она в Нью-Йорке... Беллами вновь задумчиво поглядел на сигару. - Лет семь тому назад. Не останавливалась ли она в отеле на Пятой Авеню? Пошлите тотчас телеграмму и попробуйте собрать все сведения. А именно, не жила ли она в этом отеле 17-го июля 1914 года. Отправляйтесь немедленно на телеграф... Если тут он закрыт, возьмите автомобиль и поезжайте в Лондон, телеграмму адресуйте на имя заведующего отелем. У них, наверное, сохраняются списки.
- Если телеграф заперт, я мог бы выполнить поручение по телефону?
Старик молча кивнул. Он поглядел на часы.
- Семь часов. В Нью-Йорке сейчас два часа дня. Сегодня к вечеру мы должны получить ответ. Скажите на станции, что дело важное! Спросите, не могут ли они освободить для нас линию. Все равно, сколько это будет стоить. Запомните хорошенько, Савини, я должен получить ответ сегодня же вечером. В отеле знают мое имя... Я там целый год снимал номер. Правда, сам не жил, но комната оставалась за мной! - прибавил он. - А теперь идите и поторапливайтесь.
Через пятнадцать минут Юлиус доложил, что телеграмма отправлена. Старик все так же стоял у камина: сигара - во рту, руки сложены за спиной, голова наклонена.
- Вам когда-нибудь приходилось разговаривать с той девушкой?
- Да, мистер Беллами. Один раз, совсем случайно... В "Карлтоне"! ответил спокойно Юлиус.
- Она не выказывала интерес ко мне? Не расспрашивала о моей жизни? А?
Секретарь поймал его подозрительный взгляд.
- Нет, сэр! - ответил он с хорошо разыгранным удивлением. - Если бы она стала расспрашивать, я бы ничего не сказал и сразу доложил бы вам.
- Ну, это вы, положим, врете! Если бы она заплатила достаточно, вы все бы ей выложили. Нет ничего, что бы у вас нельзя было купить.
В этот момент Юлиус охотно прибавил бы и убийство к длинному списку своих грехов и преступлений.
Пока он отсутствовал, Беллами снова открывал ящик и вынимал платок. Теперь он лежал под стулом. Встав, старик поднял его.
- У нее, вероятно, есть горничная. Подружитесь с ней и узнайте, не принадлежит ли эта вещь мисс Хоуэтт. Инициалы еще ничего не значат... Нет, не берите платка с собой. Запомните просто, какой он с виду... Эти вещи она, наверное, покупает дюжинами. Заплатите, сколько потребуется. Пользуйтесь деньгами неограниченно.
Машинально он вынул из кармана длинный узкий ключ, как бы для того, чтобы убедиться, что тот не пропал.
- А что, этот репортер... Он все еще тут? - неожиданно спросил Беллами.
- Не знаю. Я никогда не разговариваю с репортерами...
