– Ты уж определись, то ли я аморальная особа, то ли синий чулок. И Марк не задохлик, а будущий блестящий ученый! Если я отказалась от Кристофера, значит, есть вариант получше. Подумай сама, если есть, чем.
– Как мне его увидеть? – вполне мирно спросила Мэдди, не обратив внимания на подколку. – Дай номер его кристалла.
Ах, вот зачем она к нам подсела! Только врожденная вздорность помешала ей начать разговор спокойно и вежливо.
– В тюрьме ему не дадут кристаллофон, извини. Его арестовали вчера, – с удовольствием сказала я.
Глаза Мэдди расширились. Шевельнув пальцами, направила иллюзорную красную сороконожку к локтю Мэдлин. Та взвизгнула и слетела со стула.
– Ты просто бесчувственное чудовище, Венди!
Я согласно кивнула. Чудовищам и жить легче, и вообще, они устраиваются в жизни лучше, чем добрые, мягкие и пушистые.
– Не могу поверить, что это сварили вы! – добрейшая мури Полам, преподающая бытовую магию, встряхнула мерный стакан. Зелье замерцало, но не стало более насыщенным. Вместо темно-синего я добилась слабо лилового цвета. Зелье кристальной чистоты для мытья ванн и унитазов мне сегодня не удалось.
Многие зелья требуют эмоциональной составляющей, нужно желать и представлять результат, а внутри меня смерзлась льдинка. И чем ближе был день свадьбы, тем этот ледяной ком становился больше.
Я просто содрогалась от ужаса, представляя, что мне придется лечь в постель с Тобиасом Блейзом. Пусть он хороший человек, отважный воин, проницательный стратег и великолепный тактик, но… постель не то место, где ценятся эти качества. Я уважала генерала. Но не любила и не хотела.
За два месяца приема ванн и зелья внутрь он похудел на шесть стоунов! Приобрел легкость и юношескую фигуру. Пребывал в отличном настроении, у него перестали болеть суставы, ему больше не требовалось снотворное. Я была искренне рада. Меня завалили заказами на зелье его сослуживцы, и особенно их жены, жаждущие со мной познакомиться. О зелье шептались во всех салонах столицы.
Полковой целитель мур Баррис приехал в академию лично, сказал, что для него огромная честь познакомиться с одной из Хайнц. Заверил, что их полк стал самым стройным полком в столице! Все пьют зелье и гордятся возросшей мужской силой. Это целитель сказал шепотом, оглянувшись на Собрина.
Я вытаращила глаза в недоумении: такого эффекта я в зелье не закладывала. Потом подумала и решила, что раньше от лишнего веса мужчины были ленивы, страдали одышкой и супружеский долг давался им крайне тяжело. Потаскай на пузе лишние пять стоунов, ничего не захочешь в принципе! Сейчас же они ощущают легкость и небывалый подъем во всех местах. И там тоже. Принимающие зелье игривы и веселы, в отличие от контрольной группы тяжеловесов.
Только портной генерала был недоволен: ему пришлось ушивать мундир шестой раз.
Во дворце тоже заметили разительно изменившуюся фигуру генерала. После свадьбы меня непременно представят ко двору и пригласят на аудиенцию. Мое зелье вызвало огромный ажиотаж у придворных. Король обещал присутствовать в храме, в дань уважения заслугам генерала и из любопытства. Захотел увидеть «ту самую Хайнц».
День свадьбы приближался, я начала принимать успокоительное зелье, иначе у меня все валилось их рук. Я даже не заметила, как сдала экзамены за последний курс! Бестиологию, материаловедение, лечебное травоведение, технологию зелий и фармалхимию. Спасибо Собрину, он следил за расписанием и конвоировал меня из кабинета в кабинет. Водил в столовую, где я механически запихивала в себя еду, отводил в лабораторный корпус, где я немного оживала, направлял в сторону душа по вечерам, укладывал спать и поправлял одеяло.
Я была ему невероятно признательна.
Собрин же ограждал меня от внешнего мира. Гонял репортеров, изредка просачивающихся на территорию академии, не допустил рыдающую мури Фиордан, которая принесла мне готовое платье, но я отказалась его принять. В тот день репортеры дежурили не зря. В газетах появилось фото убитой горем портнихи с коробкой у ворот академии. Свадебный салон прекратил свое существование, заказчицы отказались от своих заказов, а гильдия портных аннулировала ее лицензию, сочтя ее поступок неприемлемым.
Платье я купила в торговом пассаже. Готовое, самое простое и лаконичное, из атласа цвета слоновой кости. Облегающий укороченный лиф без рукавов и расходящаяся волнами расклешенная юбка. Никаких золотых кружев стоимостью с половину Десадана. Фату пришлось купить плотную, чтоб никто не разглядел испуганных глаз и безжизненного выражения лица, так неподходящего счастливой невесте.
– Хайнц! – Мэдди схватила меня за руку после лекции по праву.