— Эта, — произношу не слишком уверенно. Альгельн глубокомысленно кивает, и отбирает выбранное оружие. Как оказывается, чтоб натянуть тетиву, лежавшую рядом. Хм, и как я её не заметила? И возвращает мне уже снаряженный лук, взглядом предлагая отправиться к мишеням. Краем глаза замечаю, как сержант подхватывает с соседней стойки колчан.
Тренирующиеся стрелки, провожают меня насмешливыми взглядами. Кроме двух-трех воинов. Эти не отвлекаются от стрельбы. Похоже, здесь есть профессионалы. Впрочем, не много. Почему профессионалы? Ну уж не потому, что с одного взгляда определили во мне воина. Хотя бы потому, что я им пока не являюсь. Нет: просто они не отвлекаются. А, значит, умеют сосредотачиваться на своем деле, не обращая внимания на то, что не мешает это дело выполнять. Воинская концентрация. Полезная вещь. Внимательный выполняет действие на порядок лучше рассеянного. Думаю, к точности это тоже относится в полной мере.
— Вставайте здесь, — обогнав меня, сержант провел ногой на бело-золотом песке полосу. И отобрал у меня лук, — Теперь встаньте так, чтоб между ногами укладывались примерно две длины твоей стопы.
Под смешки стрелков тщательно отмеряю указанное расстояние. Стоя на левой, старательно кручу по земле правой, пока Альгельн не рявкает:
— Примерно, я сказал! Так сойдет.
Послушно застываю, выжидающе глядя на сержанта. Тот, вдруг смутившись, виновато улыбается:
— Простите, леди. Привычка.
— Пустое, — тепло улыбаюсь в ответ, — Я же сама напросилась на роль новобранца, так что имеете полное право на меня кричать. Но… лишь до окончания урока. Что дальше делать?
— Поверните левую стопу на четверть оборота. И левую руку подымите. Держите, — вкладывает в вытянутую руку лук, — Теперь попробуйте оттянуть тетиву. Только без стрелы не отпускайте: может порваться!
— Так? — послушно выполняю все указанное, ожидая комментариев. С первого раза все равно правильно не получится.
— Нет, — мотает головой, заставляя взлететь белые кудри. Впрочем, самую малость: коротковатые у него волосы. А вот тот же Нэри таким движением целый веер бы воздух поднял. Хотя нет… у него для этого волосы слишком тяжелые, — Ослабь тетиву. Стрелять тебе пока рано, — Альгельн опять отнимает у меня лук, начиная указывать ошибки, — Сначала стойку повтори. Во-первых, ты должна стоять прямо, не сдвигайся ни к правой ноге, ни к левой. Нагрузка одинаковая на обе ноги. Не лишай себя дополнительного усилия и равновесия. Руки держи прямее. И как ты тетиву прищипываешь? — сержант сам встает в стойку и начинает показывать правильное положение пальцев, — Можно её указательным и средним пальцем оттягивать, лучше ещё и безымянным тоже. Или на большом — тогда щелчком стрелять будешь.
Ох, чувствую промучаюсь я…!
— А разве получится в строю сохранять одну и туже стойку? Да и, мне казалось, в жизни приходится из любых положений стрелять, — интересуюсь, пытаясь выпрямиться. Ну как можно ловить это равновесие, если я и так никуда падать не собираюсь?!
— В строю как раз получится, — отвечает Альгельн, выправляя мне руки так, чтоб они были на одной прямой с плечевым поясом, и чтоб при этом тетива на била по слишком выдвинутому вперед предплечью, — А в жизни, конечно, всякое бывает. Ну да этому-то не на первом же занятии учиться! Ладно, можешь попробовать понатягивать лук, чтоб руки правильно работали.
Взяв оружие послушно начинаю отрабатывать движение: оттянуть тетиву до уха и плавно вернуть обратно. Хм, и чего я решила, что здесь прохладно? Жара та ещё!
— Все время одинаково натягивай! — доносится возмущенный приказ сержанта, — Как ты целится будешь, если одну стрелу посылаешь от мочки уха, другую от подбородка, а третью от виска!
Хм, целиться с любой позиции я, надо полагать, тоже научусь, если буду хорошо тренироваться, а пока — только жесткое постоянство всех движений.
— Ладно, можешь попробовать выстрелить, — наконец сжалился сержант и вручил мне стрелу. Против ожидания — вполне ровную, с целым оперением. А я ожидала чего-нибудь столь же обшарпанного, как лук.
Первая стрела, разумеется, даже не долетела до манекена, пронзив песок в десятке шагов от меня. Похоже, стрелять нужно выше. Да и стою я как-то неудобно. Выхватив стрелу из рук уже собиравшегося меня успокаивать Альгельна, немного изменяю стойку и легко вбиваю её прямо в голову манекена. Здорово! И совсем не сложно. Просто нужно правильно двигаться.
— У тебя, случайно эльфов в роду не было? — удивленно спрашивает сержант.
— Вроде нет, — пожимаю плечами, довольно глядя на ещё трепещущее оперение стрелы, — А что?
— Не возможно со второго выстрела научиться стрелять, — неуверенно утверждает воин. Задумчиво смотрю на него и растерянно предполагаю:
— Может, меня в детстве учили, когда я совсем маленькая была? Вот и забылось.
— Может быть, — радостно кивает Альгельн. Доволен придуманным объяснением? Да их ещё кучу можно подобрать. Да и выстрел не так уж хорош: ни точности (целилась я вообще-то в «грудь»), ни силы. Хотя, конечно, бездоспешному и такой хватит.
