А подумав о том, что происходило после, он и сейчас едва удержался, чтобы не застонать сквозь стиснутые зубы, и вдруг обнаружил, что с силой вцепился пальцами в край стола. Хотя когда-то Дирку уже объяснили, как ему на самом деле повезло — немногие смогли бы похвастаться тем, что пережили ритуал во славу Владыки Боли.
От мрачных мыслей Дирка отвлёк стук в дверь, и, крикнув: «Войдите!», он даже как-то приободрился, решив, что, возможно, ему сейчас сообщат что-то о Кеару. И не смог скрыть изумления, когда увидел, как в кабинет в сопровождении одного из рядовых вошла чернокожая служанка госпожи Обье, недавно устроившая побоище в хайнрихштадтских купальнях.
***
Поднявшись по лестнице на второй этаж, Вивьен на несколько мгновений застыла на последней ступеньке. Больше всего хотелось куда-нибудь исчезнуть, пусть даже просто раствориться в воздухе без следа — только бы вырваться из этой адской западни, которой сделался её собственный дом. Но подобное казалось лишь пустыми мечтами.
Чувствуя, что у неё подкосились ноги — не столько от усталости, сколько от страха, с каждым шагом охватывавшего её всё сильнее, Вивьен прислонилась к стене, ощутив, как от прикосновения холодного камня к разгорячённому лбу стало чуть легче. И всё же тоскливое отчаянье обречённой на казнь, которая может рассчитывать разве что на краткую отсрочку последних мук, никуда не делось.
…А тогда, в ночь, которую Вивьен теперь смело могла назвать началом конца своей хоть сколь-нибудь спокойной жизни, она испытывала леденящий ужас. И ещё — смутную надежду, что вот-вот проснётся и представший перед её глазами кошмар в образе человека, которого она давно считала мёртвым, развеется. Вот только мгновение проходило за мгновением, а сидевший в спальне — Луи Моро, тёмный маг и «друг» её отца, который когда-то и втянул его в торговлю ташайскими артефактами, оставался на месте, вовсе не выглядя бесплотным призраком.
— Моро! — прошипела Вивьен, отбросив в сторону одеяло, когда поняла, что до сих пор прячется за него, как ребёнок, пытающийся справиться с ночными страхами. — Ты!.. Как ты посмел прийти ко мне, сучье отродье, после того как убил моего отца, паршивый…
Вивьен подавилась оскорблением, почувствовав, как её словно бы безжалостно ухватили за шею невидимые руки. Она дёрнулась, отчаянно сопротивляясь, вот только та же сила, что теперь не давала вдохнуть, придавила её к постели, не позволяя шелохнуться. А Моро, по-прежнему не двигаясь, сидел в кресле, чуть склонив голову. Блестящие чёрные пряди его вьющихся волос сейчас казались Вивьен похожими на жирных червей. Цвет же внимательно глядевших на неё глаз, как и раньше, напоминал тёмно-зелёную болотную воду, в которой Вивьен тонула, давясь и захлёбываясь, пока окончательно не провалилась во тьму.
А потом вдруг почувствовала, что снова может дышать и согнулась пополам, кашляя так, что в какой-то момент ей показалась, будто сейчас она начнёт отплёвываться собственными внутренностями.
— Ай-яй-яй, какой же грязный стал у тебя язычок, моя девочка, — услышала Вивьен почти над ухом вкрадчивый голос, почувствовав, как кровать рядом с ней прогнулась от тяжести чужого тела. — Наверное, ты набралась этих гадостей от бандита, перед которым успела раздвинуть свои аккуратные ножки? — мягкие холёные пальцы коснулись шеи и медленно спустились под рубашку, гладя спину Вивьен, мелко вздрагивавшей и чувствовавшей, что её вот-вот вывернет наизнанку от омерзения. — Что бы на это сказал твой недоумок-папаша?..
— Не смей! — она всё-таки подняла голову, хотя это стоило немалых усилий. — Не смей так говорить об отце, который доверял тебе, своло… — Вивьен почувствовала, как горло ей пережала магия, и её голос сорвался на хрип.
— Смелая девочка, — прицокнул языком Моро. — Смелая, но точно такая же упёртая дура, как и дорогой Бенуа, которого, я, кстати, не убивал. Разве я виноват, что он возомнил себя великим демонологом, на чём и… хм-м, погорел.
— Это ты дал ему то кольцо!
— И предупредил, чтобы он не вздумал использовать его в одиночку, — пожал плечами колдун. — Но разве он меня послушал?.. Надеюсь, ты всё же будешь умнее и, соответственно, проживёшь дольше. А то мне будет жаль такую красоту, милая. — Он кончиками пальцев почти нежно провёл по её подбородку, и Вивьен задрожала сильнее.
— Какого дьявола ты явился ко мне теперь?!.. Что тебе нужно?
— Ты. Твой дом, твоё дело, твои… связи. И, разумеется, я говорю не о тех, кто покупает у тебя брёвна, а о людях, занимающих более… солидными вещами. Так что не думай, что я покину тебя быстро, девочка. Но только от тебя зависит, возвысишься ли ты вместе со мной или я сделаю из твоей прелестной коричневой шкурки новые перчатки.
— Будь ты проклят, Моро.
— Уже давно. И тебе стоит запомнить, что теперь моё имя — Дарес.
…«Я запомнила, чёртов урод, я хорошо запомнила, — подумала Вивьен, наконец отлепившись от стены. — И ещё припомню каждую мелочь, чтобы мой рассказ Гончим о тебе не вышел кратким. А способ их о тебе известить я найду, даже если это окажется последним, что я сделаю».
