Мия нашла укрытие в кустах на дальней стороне детской площадки. Она села на землю и попыталась спрятаться. Это было не очень удобно, а вернее, очень неудобно. Одна особенно вредная ветка так и норовила уколоть её в ухо. Мия уговаривала себя, что сегодня прекрасный денёк и можно просто сидеть, наслаждаясь хорошей погодой, но вскоре ей стало уже совсем скучно. Она наблюдала, как детишки приходят в парк, видят разгромленную площадку и разочарованно уходят. Её это злило. Малышам хочется поиграть. А какой-то законченный эгоист испортил им всё веселье.
Была первая неделя ноября, но день выдался почти по-летнему тёплым. Солнце светило прямо на Мию, и она щурилась от яркого света. В конце концов она встала, вышла из своего укрытия и уселась в тенёчке под деревом. Она уже начала сомневаться, что Анна знает, о чём говорит. Мир надо спасать? Полиция ошибается? Всё как-то глупо.
Она посмотрела в ту сторону, где в засаде сидела Анна, и с удивлением увидела серию встревоженных вспышек из зеркальца.
Мия в панике встрепенулась. Давно ли Анна сигналит? Она попыталась подать ответный сигнал, но потом просто вскочила на ноги и побежала к подруге, надеясь, что с ней ничего не случилось.
В тот же день, когда Мия с Анной сидели в засаде у детской площадки, Аапчхи и Брайан получили добро на погрузку деоксигенатора в посадочный модуль, стоявший в трюме «Сияющего звёздного крейсера – покорителя космического пространства». Посадочный модуль был размером примерно с земной пикап и намного меньше самого крейсера. Аапчхи облачился в скафандр, облегавший фигуру гораздо теснее, чем межгалактический балахон, который он носил на борту «Сияющего звёздного крейсера – покорителя космического пространства», и забрался в кабину посадочного модуля. Завёл двигатель и, отсалютовав Брайану, вылетел из корабельного шлюза в атмосферу Земли. Скоро он приземлится в Кардвике и выберет место для установки деоксигенатора.
Ему надо будет найти ровную площадку на открытом пространстве, чтобы деоксигенатор мог легко забирать кислород из воздуха, но место должно быть укромным, где его точно не потревожат инопланетные земляне. Меньше всего Аапчхи хотелось, чтобы кто-то вмешался в работу его машины. Потому что тогда у него может не получиться удалить кислород из земной атмосферы. А значит, его люди не получат возможности отдыхать в отпуске на этой планете. И
Заходя на посадку над Кардвиком, Аапчхи приметил прекрасную открытую площадку посреди поля, вероятно, засеянного некоей местной культурой.
– Виззер вуки, – промурлыкал Аапчхи, что означало: «Да, замечательно».
Именно в эту минуту Брайан вышел на видеосвязь по подпространственной рации.
– Дуддлер буддлер булла? – спросил он.
– Зафод библброкс тойо тата кома, – ответил Аапчхи. – Биль бо бэгг инс.
Брайан сложил пальцы домиком и сказал:
– Виззер вуки! Виззер!
Они говорили примерно следующее. Брайан спросил:
– Ты нашёл подходящее место для деоксигенатора?
Аапчхи ответил:
– Да, я обнаружил участок, отвечающий всем техническим требованиям и стандартам. Кислород будет полностью удалён всего за десять хроноплопов (приблизительно двенадцать земных часов).
– Круть, – сказал Брайан. – Ты молодец!
Они оба уже предвкушали длительный отпуск на прекрасной Земле, расположенной на идеальном расстоянии от Солнца, без всего этого скверного кислорода в тамошней атмосфере.
Конечно, отсутствие кислорода может прийтись не по нраву растениям, животным и людям Земли, но у Брайана у самого не было отпуска 647 земных дней, и он тоже остро нуждался в хорошем отдыхе. Благополучие местных форм жизни представлялось ему не таким уж и важным. Как бы там ни было, Брайан отдал честь Аапчхи, Аапчхи отдал честь Брайану, и проекция отключилась.
Аапчхи осталось лишь приземлиться на поле, установить агрегат и запустить деоксигенацию. Его руки ловко управлялись с двумя рычагами, посадочный модуль снижался над Кардвиком. Аапчхи не боялся, что люди-земляне его заметят. Маскировочная технология невидимости работала в целом нормально, и, хотя люди довольно часто замечали инопланетные космические корабли, раньше это не создавало проблем. Никогда. Почему-то. Аапчхи об этом не знал, но на Земле инопланетные космические корабли почти всегда принимали за метеозонды, экспериментальные военные самолёты или даже плоды воспалённого воображения. Обычно их попросту называли «НЛО» и почти сразу о них забывали. С ними никто ничего не делал, разве что рассказывал на вечеринках истории с их участием, даже если имелась реальная видеозапись (почти всегда дёрганая и размытая).
