— Что за генерал посетил вчера отца? О чем говорил с ним? Почему отец, который после ранения почти никогда не выезжает из дома, вдруг, помчался сюда, к нему? — все эти мысли стрелой пролетели в мозгу Андрея, и наложились еще на одну, к делу не относящуюся, но очень важную. Дело в том, что на завтрашнее утро он уже отпросился у своего командира, так как был приглашен на утреннее чаепитие в имение графини Чарской.
— Знаю, знаю графиню, — с улыбкой сказал вчера командир, — знаю и то, что племянницы у нее гостят, ох и хороши! Мой вам совет, корнет, поезжайте к девицам в коляске, а не верхом.
— Почему? — недоуменно спросил Андрей, чувствуя, что отчего-то краснеет.
— Да, чтобы дамы не отвлекались от разговора с вами на веера, коими им придется отгонять разящий от вас запах конского пота. Желаю успеха! — закончил командир, пришпоривая коня.
Приезд в гости к графине Чарской ее племянниц этой весной произвел фурор среди офицеров эскадрона. Пару недель назад все они были приглашены на бал по случаю именин графини. Около сотни гостей заполнили летний павильон, выстроенный в имении специально для проведения балов. Большинство гостей составляли местные дворяне со своими женами и дочерьми, свояченицами, племянницами и другими домочадцами относительно молодого возраста. Но кое-кто приехал и из Петербурга. Среди них были и две племянницы графини — Елена и Аделаида. Обе они совсем недавно прибыли из Парижа в сопровождении своей гувернантки, мадемуазель Лагарт.
Все трое стали несомненными королевами бала, можно сказать, каждая в своем классе. Елена, ей едва минуло шестнадцать, олицетворяла собой юность. Ее стройная фигурка, свежесть во взгляде, трогательная улыбка, высокий и звонкий голос, казалось, призывали мужскую половину общества к отеческой снисходительности.
Ее старшая сестра, Аделаида, напротив, привлекала к себе как спелый плод. Она была чуть крупнее Елены, но талия ее была пугающе тонка, а бюст внушителен. Пела она грудным голосом, и весь ее вид как бы говорил мужчинам, что здесь не место и не время для легкомыслия.
Достойное место на этом балу заняла и мадемуазель Лагарт. Собой она олицетворяла зрелую красоту. Ее стройная фигура в иноземного покроя платье привлекала к себе внимание. Те же, кто начинал разговор с ней, уже не могли оторваться от мимики ее лица, хрипловатого голоса и какой-то совсем не российской логики речи. О возрасте ее судить было трудно, да и некому, разве что старушкам с моноклями, сидящим группками в креслах у стены зала.
С самого начала бала Андрей не сводил глаз с Елены. Дважды ему довелось танцевать с ней, перекинуться несколькими словами. Она покорила его своим обаянием, заслонила собой весь мыслимый горизонт.
Когда настало время расходиться, графиня Чарская стала раздавать офицерам конверты с приглашениями на чаепития. Андрею тогда досталось приглашение посетить имение через две недели. Бесконечно долгий срок. И вот, завтра срок истекает, долгожданный день настает, а он не может воспользоваться своим счастьем. Правда, завтра все равно что-то должно произойти.
Ожидание для Андрея всегда было самым тяжким испытанием. Зная за собой такой грех, он каждый раз придумывал для себя какое-нибудь дело. Такое, чтобы выматывало за день из него все силы, а потом спать без сновидений, как только голова коснется подушки. И так изо дня в день, пока срок ожидания не кончится. Именно так он и жил последние две недели. Как же теперь употребить оставшиеся часы ожидания?
Решение пришло моментально: ехать в имение графини прямо сейчас, предупредить, что по делам службы не сможет завтра явиться к чаю. А там, глядишь, может и с Еленой повидаться удастся.
Через пару часов он уже подъезжал к большому и тщательно ухоженному имению графини, славившейся в округе своим хлебосольством. Барский дом со служебными постройками и садом стоял на возвышении и был огорожен невысоким забором. Уже издали Андрей приметил в саду беседку.
— Не в ней ли милая Елена читает книгу до обеда, — подумал Андрей и направил коня прямо к забору. Получилось почти что в рифму. Хотя по правде, во время танца, на вопрос о том, как она проводит время у тетушки, девушка сказала ему совсем другое. В первой половине дня она вместе с сестрой хлопочет по хозяйству и вышивает, а после обеда идет в беседку и читает французские романы. Время сейчас было послеобеденное.
Недолго думая, Андрей привязал коня к молоденькой березке и, перемахнув через забор, очутился в зарослях сада. До беседки было метров пятьдесят. Пробираясь через кустарник в просветах между ветвями, Андрей увидел сначала шляпку, а потом и тонкий профиль той, к кому он стремился всей душой. В то же время на дорожке, ведущей к беседке, послышались шаги. Андрей замер. О том, что в саду может оказаться кто-то, кроме сестер, их гувернантки и самой графини, он как-то не подумал.
По дорожке к беседке шел офицер. В этом Андрей не сомневался. Шаг был четкий, под ногами поскрипывал песок, позванивали шпоры. Выходить теперь из укрытия было смешно и глупо.
