Все же не про меня. Жаль, жаль. Я бы с удовольствием послушал, что этот придурок стал бы плести про меня.
— Ты развязал войну! Убил моего дядюшку!
— Он сам себя убил, Энн! — Фабиан начинал сердиться. — Своей глупостью и бессмысленной непокорностью. Повзрослей ты уже! Утром ты можешь стать властительницей Терции! Представляешь? Уже утром! Многие ждут подобного шанса десятилетиями, а тут он сам плывет к себе в руки.
— Не прикасайся ко мне! — повысила голос девушка.
— Все, что от тебя требуется — быть счастливой и просто озвучивать то, что мне нужно. Ну и стать моей женой, разуме…
— Я не стану твоей женой, полудурок северный! Я с другим…
— Плевать мне на твоего плебея-наемника! Что, думаешь, я не знаю про вас⁈ Да о вас каждая собака в Терции знает! Что, думаешь, дядя тебя пожалеет, что ты такую крысу ему кинула в лицо? И что наемничка твоего на тебе женит⁈ Ты дура⁈
— Убери руки, урод!
Хлесткий удар. Я понял, что мне пора вмешаться. Выйдя из-за угла, я застал мерзкую картину: раскрасневшаяся и рыдающая Энн лежала на кровати в одной майке, а на нее залезал Шталь, не удосужившийся даже снять ботинки. Меня охватил гнев.
Одним прыжком преодолев расстояние до кровати, я схватил графского сынка за плечо и, будто ребенка, отшвырнул его в угол, принявшись немедленно забивать ногами. Тварь, сука! Ублюдок! Следующим ударом я разбил ему губу и нос. Шталь поднял руки:
— Оставь меня!
— Оставить? Оставить, сука⁈ — следующий удар я нанес Фабиану под дых — он пытался поймать ртом воздух, но не мог. — Ты, мразь, меня кинуть решил? Убийц послал⁈ На девчонку руку поднял! И я тебя оставить должен⁈
— Я и не думал ее убивать! — завизжал, как девчонка, Фабиан. — Я же все для ее защиты делал!
— Да ты что… — мне не терпелось нарезать ублюдка на сочные стейки и накормить ими всех окрестных собак.
— Ты думаешь, я тогда покушение организовал⁈ И самострел я поставил⁈ Я, по-твоему, настолько идиот⁈ Это дело рук Мацея! Он давно девку грохнуть хотел, чтобы захватить власть и ни с кем ею не делится! Я, как узнал, сразу запереть его велел, честное слово!
— Где эта мразь⁈ — спросил я, осознав, что одной твари в складывающейся мозаике не хватает.
— Я скажу тебе, скажу! Только доставь меня к барону! Я могу быть ценным заложником — это же все феодальные игры, ты же по…
Вовремя я заметил, как пальцы Фабиана поползли к голенищу сапога, в котором был припрятан небольшой двухзарядный пистолет. Выбив оружие из рук графского сынка, я приставил револьвер к его поганому лбу и взвел курок, как вдруг услышал крик сзади:
— Погоди!
Это была Энн. Раскрасневшаяся, с потекшей косметикой и в разорванной одежде, она все равно была прекрасна. Она привалилась к дверному косяку, тяжело дыша.
— Хочешь сама это сделать?
— Нет… — девушка выдохнула. — Эта мразь права. Он действительно ценный заложник, и, думаю, дядюшке пригодится его целая туша.
— Уверена, что не хочешь этого? — поморщился я, глядя прямо в глаза Фабиану Шталю. До чего же приятно было наблюдать за тем, как напыщенный самодовольный индюк в одно мгновение превратился из первого парня Терции в жалкое подобие человека. Он боялся, лоб его покрыл крупный пот, а уголки губ его тряслись. По щеке текла противная слеза. Ему очень повезло, что он родился в семье графа. Не будь он знатного рода, его мозги бы уже украшали стену. Хотя…
Сплюнув, я нажал на спусковой крючок. Не заслужил этот ублюдок жизни, сколько бы за него потом не предложили при обмене пленными. Не заслужил…
Курок звонко ударил по пустой гильзе, и я Фабиан зарыдал, рухнув на пол, забившись в истерике.
— Найди клейкую ленту — надо запереть его в каком-нибудь шкафу до прихода гвардии, — я прислушался. На востоке города стучала пулеметная стрельба, а это значило, что Астор со своими парнями все-таки сумел проскочить сквозь осадные позиции. Ждать Энн оставалось недолго. Она быстро нашла искомое и, связав Шталя по рукам и ногам, улыбнулась мне:
— А хорошо это ты придумал, с пустым револьвером-то! Вон как испугался, может, не только зарыдал…
Я насупился.
— Честно говоря, я забыл, что барабан у меня опустел. Гаденыш оказался слишком везучим.
Энн посмотрела на меня как на идиота. Впрочем, мне пока было не до нее — осталось еще одно незавершенное дело.
Опять начался дождь. Нельзя было медлить ни минуты — скоро до терцианских рудников дойдет весть о разгроме Шталей, и Мацей, скрывающийся в темноте тамошних цехов, обязательно улизнет куда-нибудь на север, чего нельзя было допустить.
Я не стал дожидаться людей Фило, да что там, даже не стал ждать, когда Астор со своими парнями закончит зачистку городских казарм. Вместо этого я сел в первый попавшийся броневик северян и направился по знакомой дороге. То тут, то там виднелись следы войны — в паре мест я заметил подбитые и оттащенные в сторону грузовики, неподалеку от фермы Сигилд дорогу перегораживали противотанковые ежи, а однажды я обогнал убегающего от боя бойца Шталей, умолявшего его подобрать. Я даже не стал смотреть в его сторону, впрочем, и сбивать не стал.
