Из дыры сверкнуло жало рапиры и чиркнуло по кожаному колету мнимого слуги. Рукой в перчатке он схватил клинок квадратного сечения и загнул его вбок. Один из солдат протиснулся мимо Мирослава, поднес к дыре арбалет и пустил болт в темноту дома. Послышался глухой удар в дерево. Что-то упало и покатилось. Рапира, жалобно тренькнув гардой, полностью вылезла из проема.
Бросив ее, русич ударил еще раз. Одна из досок скрипнула и вылетела со своего места. Второй солдат выстрелил из арбалета в тень, мелькнувшую за окном. Во все стороны разлетелись осколки слюды.
Мирослав, просунув руку в дыру, отодвинул засов, распахнул дверь и отступил в сторону, дабы не нарваться на шальной выстрел. Альварадо, выбравшийся наконец из клумбы, растолкал всех и первым ворвался в дом. Следом гурьбой ввалились солдаты, а Ромка с Мирославом составляли арьергард.
Входная дверь вела прямо в гостиную, обставленную плетеной мебелью. На низеньком деревянном столике сиротливо дымилась аркебуза. Альварадо с грохотом распахнул дверцы большого шкафа и замер в удивлении, никого там не обнаружив. Солдаты, вместо того чтоб осматривать окна и двери, пооткидывали крышки сундуков у стен. Зазвенели, меняя владельца, золотые монеты. Мирослав покачал головой и осторожно заглянул в приоткрытую дверь кухни.
Ромка огляделся. Интересно, а наверху кто-нибудь смотрел? Прежде чем эта мысль до конца оформилась, ноги сами понесли его на второй этаж. Узкая лестница привела парня в еще более узкий коридор, в который выходили три двери. Та, что в торце, вела, скорее всего, в кладовку, находящуюся под скатом крыши, а боковые – в спальни. Юноша заглянул за дверь справа. Пусто. Заглянул за левую. Голые стены. Даже обставиться не успели.
Что-то скрипнуло за спиной. Он оглянулся. Человек, прятавшийся в кладовке, тихо выбрался оттуда и теперь медленно приближался к Ромке со спины, выставив длинный трехгранный стилет. Увидев, что его заметили, он прыгнул.
Юноша сделал шаг назад, запнулся одной ногой о другую и стал падать. Это его и спасло. Стилет с противным звуком проскреб по кирасе. Прежде чем грузное тело, кисло пахнущее страхом, рухнуло на него, у Ромки сработали навыки, привитые мастерами рукопашного боя. Нога сама выскочила вверх и вперед. Колено погрузилось в нечто мягкое. Руки дернулись вперед и вверх. Испанец пискнул и, чуть не размазав носком сапога Ромкин нос по его же лицу, скрылся из виду. Послышался перестук костей, считающих лестничные ступеньки, и сочный шлепок внизу.
Ромка поднялся и выскочил за дверь. Хуан Серменьо лежал на нижней ступеньке, баюкая ушибленное место и тихонько поскуливая. Солдаты, Альварадо и Мирослав, замершие посереди гостиной, с удивлением переводили взгляд с него на Ромку.
– Ну и чего уставились? – спросил он, пытаясь придать голосу спокойствие и беспечность. – Арестовывайте!
Солдаты с трудом оторвали руки испанца от низа живота, сноровисто стянули их за спиной пеньковой веревкой, поставили его на ноги и, подталкивая прикладами арбалетов, погнали на выход. Мирослав, посмотрев на свежую царапину, пробороздившую кирасу парня, покачал головой и двинулся за солдатами. Ромка и Альварадо покинули дом последними.
– Ловко вы его, дон Рамон. Где так научились?
– В стране, из которой родом мой слуга. – Ромка кивнул на Мирослава.
– Да, воин знатный, по всему видать. А он тоже так умеет?
– Во много раз лучше, – ответил Ромка и поспешил увести разговор с опасной темы: – А этих теперь куда?
– Приказ был к лобному месту доставить, – ответил капитан.
– Судить будут?
– А то. Мы тут к войне готовимся, в любой момент нападения ждем, а эти воду мутить вздумали.
– Мы воевать собираемся? – спросил Ромка.
– Ну, дон Рамон, я вам удивляюсь. Все об этом знают, а кто не знает, тот догадывается. Один вы в эмпиреях витаете. На днях к дону Эрнану приходили послы от одного местного племени, люто ненавидящего мешиков.
Ромка вспомнил. Действительно, дня через три после ухода послов Мотекусомы в лагерь приходили какие-то местные. У всех нижняя губа была проколота в нескольких местах, утыкана кусками цветного камня и золотыми пластинками, да и уши были изукрашены примерно тем же манером. Не по-мешикски.
– Они хотят заключить с нами военный союз. Адмирал узнал от них много полезного.
Ромка покачал головой. Приходилось признать, что в настоящей жизни с ее неоднозначностью и наличием второго, третьего и еще много какого дна он еще совсем не ориентируется.
