«Представляю, каково там Жулиане и что она о нас думает», — мучился он, ворочаясь с боку на бок. На следующий день он отправился к Жулиане. Нищета, в которой жила несчастная пара, привела его в ужас. Узнав, что Матео арестован, Франческо пообещал Жулиане свою помощь. Он прекрасно понимал, что никаких оснований для ареста нет и комиссар превысил свои полномочия.
Разумеется, комиссар не отказал банкиру Мальяно в любезности. Матео был тут же отпущен на свободу, но никакой благодарности к богатым и имущим он не испытал. Ночь, проведенная в тюрьме, его только озлобила. Утрата дочери Жулианы его не слишком огорчила. «Я же оставил ради нее сына», — говорил он себе, вспоминая славного черноглазого малыша, который не слишком охотно пошел к нему на руки. А вот то, что в любую минуту к нему могли ворваться и обвинить в чем угодно, заставляло Матео серьезно задуматься.
Франческо вернулся к Жулиане с доброй вестью.
— Знай, что я всегда готов помочь тебе, — сказал он. — Я вижу, что ваш брак с Марко Антонио был ошибкой, но ты дорога мне как родная дочь, и я всегда буду рад прийти к тебе на помощь.
— Тогда помогите мне вернуть мою доченьку, — попросила Жулиана, заламывая руки.
Франческо еще раз оглядел нищую комнату пансиона и сказал:
— Неужели ты думаешь, что она будет обижена у дедушки?
Работалось ему в этот день плохо, он никак не мог сосредоточиться, вспоминая отца Жулианы, вспоминая молодость. Наконец сообразив, что никакие дела не клеятся, он отправился к Паоле, неиссякаемому источнику радости и жизненных сил. Она сразу поняла, что ее дорогой Франческо сегодня печален, что у него тяжело на сердце, и принялась расспрашивать его, в чем дело.
Франческо не стал таиться. Он рассказал ей то, что никому еще не рассказывал — свою тайну, свою боль и печаль.
— Я бежал из Италии, Паола, потому что убил там одного мерзавца.
— О Мадонна! — воскликнула Паола и приготовилась слушать исповедь того, к кому тянулась всем сердцем.
А Франческо вновь видел городскую площадь, нарядную молодежь и прелестное девичье личико. Беатриче улыбалась Франческо, соглашаясь с ним танцевать, но ее потянул к себе паренек, который считал, что ему все позволено, раз его отец — первый богач в городе, а она — девчушка из простых. Он тянул ее нагло, бесцеремонно, а рядом с ним стояли еще несколько парней, они помогли бы ему, если бы кто-нибудь вздумал сопротивляться. Франческо оттолкнул наглеца, на него навалилась свита, Жулио бросился на помощь другу. Дерущихся быстренько разняли, но потом в переулке те ждали их с ножами, чтобы отомстить. Франческо и Жулио были безоружны, их ранили, но они все же сумели отобрать ножи. АФранческо ранил зачинщика, и, как потом оказалось, смертельно.
— Тогда Жулио сказал мне: беги! Все видели, как ты дрался с ним на площади. Они убьют тебя. Ты же видишь, они ни перед чем не останавливаются. Я рассказал обо всем отцу, тот отвез меня в Неаполь, посадил на корабль, и я оказался в Бразилии. Я хорошо помню отца. Как он махал мне на прощание. Больше я его не видел. А мой друг Жулио заявил, что он виноват в смерти этого парня, и четыре года провел на галерах. Вот почему я хотел, чтобы остаток жизни он провел вместе со мной, без забот и печалей, но и он, и его жена умерли по дороге. Я не могу бросить Жулиану, я должен ей помогать. Всегда. Во всем.
Паола обняла его, прильнула к нему.
— Я люблю тебя, — сказала она. — Хочешь, она будет моей компаньонкой?
— Она сама решит, кем ей быть, — ответил Франческо. — Я слишком много решал за нее, хотел сделать ее счастливой, а принес много горя и беды.
— Я люблю тебя, — повторила Паола.
— Не обманывай себя, ты годишься мне в дочери, — сказал Франческо, с усилием отстраняясь от нее.
— В дочери не гожусь, — рассмеялась Паола. — Не решай за меня. Я привыкла все решать сама.
Франческо вернулся домой только утром. Жанет ждала его с высокомерным и презрительным выражением лица: она не примет никакой лжи, на этот раз макароннику придется сказать ей правду и выслушать от нее все, что она захочет ему сказать.
— Я жду твоих объяснений, — процедила она.
— Напрасно, — ответил он.
— Я хочу знать, где ты провел ночь?! — повысила она голос. — Как жена я имею на это право!
— Не разбуди нашу внучку, успокойся, — очень тихо и очень спокойно попросил Франческо.
— Не прикрывайся внучкой! Я посмотрю, как ты будешь выкручиваться, Франческо Мальяно! — прошипела она.
— Никак, Жанет. Я скажу тебе всю правду: больше мы с тобой не сможем жить вместе.
Жанет онемела. Она ждала всего, чего угодно, но только не этого.
— Тебе останется дом, обстановка, словом, все, что ты любишь и ценишь. У тебя будет достаточно денег, — продолжал Франческо, — а я сейчас соберу чемоданы и уеду.
— А если я не соглашусь? — поинтересовалась притихшая Жанет.
— Я не буду скрывать, что я тебе неверен, и боюсь, что твое доброе имя от этого пострадает.
— И давно ты спишь с этой... с этой.
— Сегодня в первый раз, — серьезно ответил Франческо. — И понял, что я еще жив.
Он направился к лестнице и стал по ней подниматься.
