Ормут замедлил шаг. Его глаза потемнели.
— Яс’са, — проговорил он твёрдо. — Мы – кузнецы. И если мы дали слово, то очевидно что обязаны его сдержать. Мы не предаём. Даже если перед нами – слабый. Даже если он… примитив.
— Ага. — усмехнулась она горько. — И за эту честность нас уже сколько раз чуть не вырезали под корень.
На это он смог только промолчать. Лишь пальцы скрипнули, сжимаясь в кулак.
— Эти принципы… — Ормут выдохнул. — Это наша история, которую мы несем сквозь десятки, а может и сотни тысяч циклов. Иногда они цепи, иногда якоря. Но они делают нас теми, кто мы есть.
В проходе повеяло холодом. Сквозняк, вырвавшийся из трещины в стене, пах какими-то техническими жидкостями и местными металлами. Где-то внизу что-то зашевелилось – тихо, почти неразличимо.
Яс’са не ответила сразу. Потом, покрутив на пальце кольцо, что светилось слабым бирюзовым оттенком, опять услышала голос спутника.
— К тому же, если Харперы доведут дело до конца, ни один из этих блокираторов нам не поможет. Сама же понимаешь.
— Знаю. — ответила она.
Они снова бежали вперёд, не обмениваясь словами. Коридор сужался. Панели на стенах были сорваны, из-под них торчали пучки оголённых кабелей, как звериные жилы. Сквозь пол продолжал пробиваться глухой, рваный гул
— Осталось недалеко. — произнёс Ормут, и голос его стал резче. — Я чувствую усилившуюся энергию, и эмоции… смерти.
Яс’са облизнула губы, и её зрачки на миг вытянулись в вертикальные щели. Она почувствовала боевой азарт и его предвкушение. Но в слух сказала лишь.
— Значит, скоро увидим. Живы ли примитивы. И на сколько прочны Харперы.
— Яс’са, помни зачем мы здесь. — голос Ормута был хриплым, но ровным, как если бы удерживал внутри вулкан, готовый прорваться. — Мы тут не воевать пришли. Наша цель – сорвать их планы. И вытащить прототип.
Они продолжали мчаться по коридору, усыпанному большим количеством гильз от допотопного оружия, битым стеклом, и осколками бетона.
Слева от них, в боковом отсеке, горел корпус какой-то стационарной боевой установки. Линзы на ней трещали от температуры, а рядом валялось тело бойца – безмолвное, и застывшее с яростным выражением на лице. Очевидно, что кто-то из нападающих спалил ему мозг. Яс’са даже не обернулась в ту сторону.
— Слишком поздно для “не ввязываться”, Ормут, — процедила она. Её голос хищно вибрировал. — Они здесь и судя по всему, они очень близко. Ты ведь чувствуешь, чувствуешь гораздо лучше меня.
— Это не наша битва. — повторил он, но уже без напора. Как будто больше пытался убедить себя, а не её.
И в этот момент он остановился. Резко. Пальцы вспыхнули дымчато-синим, и он присел, коснувшись пола.
— Слышишь?.. — его голос стал тихим. — Ниже по уровню. Шум. Вибрации. Бой. Стрельба.
Яс’са остановилась на шаг позже, развернулась и хищно склонила голову, вслушиваясь в собственные чувства. Сделав глубокий вдох, она провела языком по воздуху. Лёгкий прищур захватил её лицо, зрачки расширились – и вот она уже “видит” этот бой, как опасный хищник чувствует дичь за сотни метров.
— Примитивы проигрывают… — Ормут вздохнул и покачал головой, в его лице сквозила досада.
— Отлично. — с усмешкой прошипела она. — Значит успеем мы. Устрою им маленький праздник.
— Яс’са! — он шагнул вперёд. — Сражение не…
— О-о-о, мой рассудительный спутник… — перебила она, и её клыкастая улыбка блеснула в свете красных аварийных ламп. — Ты не слышишь её. Я понимаю. Но Праматерь шепчет сквозь пространство и слои. Она жаждет крови. Вам… тебе не понять, а я вся просто закипаю.
И прежде чем он успел ответить, она сорвалась с места.
Яс’са рванулась вперёд, метаясь меж разрушенных арок и перекрытий, как живая молния. Метки на её коже приобрели тёмные, пропитанные дымом цвета, вспыхивая пламенем чёрного света. Кулаки рефлекторно сжались. А вокруг ладоней появилась боевая энергия войнов её расы.
Пыль разлеталась у неё под ногами, обломки хрустели под подошвами, кровь на полу оставалась липкой и тёплой. С каждым шагом её глаза становились всё ярче, а движения более хлесткими. Сейчас она входила в свою основную ипостась, не просто бойца, а образ жнеца.
Да, возможно, сейчас они не следуют чётко плану. Возможно, Праматерь вновь увела в сторону его любовь. Но глядя на спину Яс’сы, на то, как её плечи светятся боевой яростью – он понял: иногда, чтобы остановить зло, нужно дать волю собственной тьме.
Громкий, пронзительный крик разорвал воздух, подобно выстрелу прямо в грудную клетку.
Я вздрогнул всем телом, сердце дернулось вверх, направляясь к горлу. И в ту же секунду инстинкты включились на полную катушку. Сфера объемного сканирования сорвалась изнутри меня. Вспышка энергии пробежалась по обломкам и руинам, оставшимся стенам и завалам. Все мои чувства обострились. Фух, как же хорошо. Она целая, живая. А судя по отклику, просто испуганная.
