Однако в связи с непрерывными, более чем полуторамесячными боевыми действиями под Курском многие наши части и соединения имели большой некомплект личного состава, вооружения и боевой техники, испытывали особенно большой недостаток в боеприпасах и горюче-смазочных материалах. Нужно было также в ограниченные сроки произвести перегруппировку войск, подтянуть тылы и накопить запасы материальных средств.
Чтобы пополнить войска всем необходимым для нового грандиозного наступления, к линии фронта непрерывно шли железнодорожные эшелоны. Фактор времени играл решающую роль. "В Генеральном штабе понимали глубину и величие происходящих событий, - пишет в своих воспоминаниях генерал армии С. М. Штеменко. - Мы отдавали себе ясный отчет в необходимости как можно быстрее и полнее реализовать результаты грандиозной победы под Курском"{43}.
К имевшимся трудностям в войсках добавлялось и то, что в битве под Курском партийные и комсомольские организации понесли значительные потери, выбыли из строя многие политработники, особенно в батальонах и ротах. В связи с этим политорганы усилили работу по приему воинов в ряды партии и комсомола, систематически занимались подбором и расстановкой парторгов и комсоргов в подразделениях. Благодаря этому уже в сентябре численность партийных организаций Воронежского фронта увеличилась на 22 тысячи человек. Рост рядов партии явился ярким свидетельством высокого боевого духа и любви воинов к Родине.
На киевском направления наступление наших войск началось в конце августа. В результате успешных действий трех советских фронтов противник уже в начале сентября утратил на Левобережной Украине ряд заранее подготовленных оборонительных рубежей. Вражеские войска оказались рассеченными на изолированные друг от друга группы.
В этих условиях Ставка Верховного Главнокомандования директивами от 6 сентября установила новые разграничительные линии между фронтами и уточнила их задачи. Теперь непосредственно на киевском направлении предстояло развивать наступление войскам Воронежского фронта. Им было приказано нанести главный удар на Переяслав-Хмельницкий, форсировать Днепр в районе букринской излучины, захватить плацдарм на правом берегу, а затем обойти Киев с юга и овладеть им. Для решения этой задачи фронт был усилен 3-й гвардейской танковой армией и 1-м гвардейским кавалерийским корпусом. В Степной фронт была передана 5-я гвардейская армия.
К середине сентября общая оперативно-стратегическая обстановка на Левобережной Украине для немецко-фашистских войск еще более ухудшилась. Тем не менее они стремились удержать за собой Полтаву, надеясь сковать здесь значительное количество наших сил.
Успешное продвижение правого крыла Воронежского фронта и взаимодействовавшего с ним Центрального фронта на нежинском направлении, поражение гитлеровцев на юге привели к нарушению оперативно-стратегического фронта группы армий "Юг". Командование этой группы отдало 15 сентября приказ об отводе своих войск за Днепр, а на южном фланге советско-германского фронта - за реку Молочная.
Приказ обязывал гитлеровцев при отступлении оказывать упорное сопротивление. Отступая, вражеские войска сжигали города и села, неубранные хлеба, разрушали фабрики и заводы, подрывали мосты и железнодорожное полотно. От рук фашистских палачей гибли мирные жители, трудоспособное население угонялось в Германию. В специальном приказе Гиммлера от 7 сентября 1943 года, адресованном высшему руководителю войск СС и полиции на Украине, предписывалось: "Необходимо добиться того, чтобы при отходе из районов Украины не оставалось ни одного человека, ни одной головы скота, ни одного центнера зерна, ни одного рельса; чтобы не остались в сохранности ни один дом, ни одна шахта... чтобы не осталось ни одного колодца, который бы не был отравлен. Противник должен найти действительно тотально сожженную и разрушенную страну"{44}.
В создавшейся обстановке перед войсками Воронежского и других фронтов встала неотложная задача: упредить отступавшего противника в выходе к Днепру. Чтобы сорвать его планомерный отход и сохранить население, города, села, промышленные объекты Советской Украины, командующий Воронежским фронтом потребовал быстрейшего сосредоточения армии П. С. Рыбалко в районе Ромн. 3-я гвардейская танковая армия еще с середины августа, сразу же после участия в Курской битве, была выведена в резерв Ставки. Передав технику на доукомплектование 7-го гвардейского механизированного корпуса, который остался в составе Центрального фронта, она сосредоточилась южнее Курска.
В этом районе наша армия находилась немногим более полумесяца. Там в начале сентября в нее влился 9-й механизированный корпус, до того дислоцировавшийся под Ясной Поляной. Кроме того, в составе армии по-прежнему были 6-й и 7-й гвардейские танковые корпуса, 91-я отдельная танковая бригада, 50-й мотоциклетный полк и другие армейские части. Всего армия насчитывала 680 танков и САУ, что составляло 70 процентов танковой техники фронта.
