Донна Клара к тому времени уже умерла, оставив ему четырёх детей, а приобретённые богатство и знатность позволяли дону Педро подыскать себе приличную партию в богатой скотом, но бедной женихами, Калифорнии.
Его избранницей стала Анна Раула Ортега, дочь Хосс Франциско Ортега, который был первым белым человеком, увидевшим узкий пролив, названный затем Золотыми воротами, и сестру Хосс Марии Ортега, хозяина огромного ранчо Ностре Сеньора деРефаджио, расположенного недалеко от пастбищ деКалма. Брак племянницы его невесты, Соледад Ортега, с доном Луисом Антонио был уже делом решённым, так что дон Луис хлопотал за своего будущего родственника (и, кстати, будущего родственника самого камергера).
Николай Петрович с удовольствием выслушал историю столь необычной судьбы и удивился, уяснив, что дон Педро намерен юридически закрепить в России все свои достижения в Испанской Америке, а для этого желает официально выкупить вольную. Он предложил Компании 400 пуд солонины, взамен чего его превосходительство, от лица Компании, берёт на себя переговоры с Иваном Ларионовичем Голиковым или его наследниками и все предстоящие расходы.
Предложение Резанову понравилось. 400 пуд солонины обошлись бы Компании пиастров в 500, а с Голиковым можно будет договориться и на четверти от этой суммы. Кроме того, оказать услугу столь "энергическому" человеку может быть полезно. Ведь не только от желания заплатить своему бывшему хозяину дон Педро искал с ним встречи.
Подали кофе. Дона Педро очень огорчило известие о гибели капитана Шильца. Он уважал своего бывшего командира и нелицемерно сокрушался, что своим дезертирством подвёл Якова Егоровича. С другой стороны, если б он не сбежал тогда, то скорее всего так же сгинул бы вместе со "св.Павлом". Разговор плавно перетёк на благотворность российско-испанских контактов в Америке, и вскоре, дипломату стали совершенно ясны далеко идущие планы скотовода.
Ещё в бытность свою промышленником Пётр-Зайсан восхищался превосходными пастбищами на Алеутах. Никогда ранее, да и позже, в Калифорнии, он не видел столь богатых трав. Для коров там было холодновато, зато овец можно было пасти круглый год, не думая ни о засухе, ни о заготовке кормов на зиму. Не нужно было охранять отары от волков. Их там нет. И вору некуда угнать животных с острова.
К вечеру того же дня проекты дона Педро были соотнесены с интересами Компании и изложены в двухстороннем договоре. Дон Педро отправляет своих овец компанейскими судами, пришедшими в Калифорнию, на Уналашку или иной остров. С каждой дюжины перевезённых овец, одна поступала на пропитание команды судна. Ежели овец сопровождает человек от дона Педро, то плывёт он бесплатно и кормится вместе с экипажем. Десятая часть приплода с тех овец идёт Компании, но лишь после того, как их количество превысит две сотни. Сыры скупаются Компанией по цене, всего на 20% выше монтерейских, но взамен провизия пастухам из Калифорнии и настриженная шерсть обратно, провозятся бесплатно.
До отъезда Николай Петрович не раз ещё беседовал со своим будущим родственником и, видя что тот скучает без чая, подарил ему свой самовар и 10 фунтов лучшего жулана. Дон Педро отдарился ковром со своей мануфактуры и парой шкурок калана. Ещё один ковёр передан был для Баранова. Не забыл он и о своих детях: Ирине, Семёне и Фёдоре. 30 пуд муки, 15- бобов и по столько же монтеки и соли, ничтожные в Калифорнии, в Кадьяке превращались в немалое богатство. Что-что, а деньги дон Педро считать умел. Даже выкуп своей собственной персоны из холопов обошёлся ему в сущие гроши: мясо 40 бычков, излишек из его стад и соль, которую накопали на соляном озере его же работники, а единственное, что стоило денег, бочки, предоставлены были ему из запасов "Клипера". Прибыли же обещали быть существенными, даже не загадывая об овцеводческих ранчо на островах. Дон Резанов уже предложил ему стать агентом Компании и даже сделал предварительный заказ на заготовку соли и солонины.
Когда "Клипер" выходил в море, на палубе, кроме тоскующего по невесте камергера Резанова, толкались за оградой 36 овец, трём из которых предстояло кончить жизнь на камбузе. Туда же, на камбуз, пристроили помощником кока приставленного к овцам индейского пастуха Диего. Ни к какой другой корабельной работе он приспособлен не был, а кормить его задаром лейтенант Машин не собирался.
Со временем, сбывая Компании мясо, соль и кожи, а под покровительством новых родственников приторговывая европейским товаром (именно с его лёгкой руки в моду вошли самовары), дон Педро стал одним из богатейших людей Калифорнии. Но всякая медаль имеет обратную сторону. Позволяя де Калма наживаться на посредничестве, Баранов требовал от него ответных услуг, проще говоря - шпионских донесений. Особенно на него насели после того, как окончательно было принято решение об основании крепости под боком у испанцев.
