Но тут 11 апреля пришёл "Мамель", на котором прибыл новый управляющий РАК на Санвичевых островах Григорий ван-Майер и быстро разобрался в сложившейся ситуации. Назначил Янга командовать "Ильменью" и, посадив на судно доктора и сопровождавших его алеута Изкакова и работного Осипова, немедленно отправил в Макао. Пушки с бастионов приказал снять и погрузить на "Мемель"*(9), а саму крепость объявил укреплённой факторией. После этого отправился на Гаваик и смог не только убедить Камеамеа в том, что все действия Шеффера были продиктованы его честолюбием, а отнюдь не начальственными указаниями, но и получить с короля компенсацию за сожжённую винокурню и убитого алеута.
Нежелание ван-Майера допустить вооружённое столкновение легко объяснимы и вытекает из того, как он понимал экономическое положение на островах, а также семейные и компанейские интересы. Сандаловые леса к тому времени были в основном вырублены, так что даже полный захват Оаху и Мауи не обеспечивал дополнительных прибылей. Главным интересом становился сахар, а большая часть плантаций располагались на островах подвластных Камеамеа. Кроме того площадь Кауаи была в 10 раз меньше площади остальных островов, что было важно с учётом дальнейшего развития производства сахара.
На Гавайях политическая ситуация стабилизировалась но поднявшаяся на Тихом океане волна докатилась к тому времени до Европы. Лондонская "Монинг Кроникл" и "Куриер" в номере от 30 июля 1817г. перепечатали сообщение американской газеты "Нэшнл адвокейт" о присоединении русскими одного из Сандвичевых островов и постройке на нём укреплений. "Мы скоро обнаружим эту нацию с её славным и активным правительством во всех частях света".
22 сентября подобная статья была помещена в петербургской "Северной пчеле"
14 августа ГП РАК получило победную реляцию д-ра Шеффер. Просьба Каумуалии
о принятии им российского подданства, казалось из далека, открывала перед Компанией соблазнительные перспективы. Уже на следующий день директора Булдаков, Крамер и Северин направили императору всеподданнейшее донесение, в котором сообщали, что "король Томари письменным актом передал себя и все управляемые им острова и жителей в подданство в.и.в-ву". Причём четвёртый директор- ван-Майер высказывался против присоединения островов и, оказавшись в меньшинстве, отказался подписать донесение. В последствие оказалось, что правительство придерживалось того же мнения.
Сообщая в феврале 1818г. об окончательном решении императора по вопросу о Сандвичевых островах руководитель ведомства иностранных дел Нессельроде писал: "Государь император изволил полагать, что приобретение сих островов и добровольное их поступление в его покровительство не только не может принести России никакой существенной пользы, но, напротив, во многих отношениях сопряжено с весьма важными неудобствами. И потому е.и.в-ву угодно, чтобы королю Томари, изъявя всю возможную приветливость и желание сохранить с ним приязненные сношения, от него помянутого акта не принимать, а только ограничиться постановления с ним вышеупомянутых благоприязненных сношений" министру внутренних дел Козодавлеву поручалось довести это решение до сведения директората Компании и "дать ей предписание, чтобы она от такового правила не отступала".
Современному читателю решение Александра I может показаться неожиданным и даже нелепым. Как могло случиться, что правительство категорически отказалось от приобретения тихоокеанской жемчужины?
Со времени получения первых донесений Шеффера прошло более полугода. За это время МИД успел собрать разнообразный дополнительный материал. Следует также отметить, что одновременно с сообщением о решении императора Нессельроде направил Козодавлеву "в подлиннике записку, составленную послом нашим в Англии графом Христофором Андреевичем Ливеным как о Сандвичевых островах вообще, так и помянутых двух островах особенно… Из сей записки в.пр-во в полном виде усмотреть изволите все соображения, кои е. в-во изволил принять по сему предмету в уважение".
Эта записка ясно показывает, что главной причиной столь странного отказа являлось взаимоотношения с Англией. Если присоединение северо-западного побережья Америки в 1800-х годах прошло достаточно спокойно, то теперь, когда Наполеон надёжно сидел на острове св.Елены, неизбежны были серьёзные политические демарши. А это было опасно, учитывая подавляющее превосходство британского флота. Кроме того приверженность Александра I доктринам "легитимизма" и "международного права" заставляли его очень осмотрительно относиться к открытым захватам как на Тихом океане, так и на северо-западе Америки (в частности в Калифорнии). Тем самым в Ст.-Петербурге явно рассчитывали связать руки Великобритании в отношении восставших испанских колоний. Не желал император и какого-либо обострения своих отношений с СШ, с которыми в это время предполагалось начать переговоры о вхождении в Священный союз.
