…В мрачной сырости этих мест я постарался привлечь тоенов… Принял их одетый в парадный мундир при шпаге, сидя в кресле на мостике разукрашенного флагами "Открытия". Меня окружали офицеры тоже при параде. …Тоены, каждый на своей лодке с многочисленными гребцами, прибывали на корабль… все они были в ярких одеждах … Когда тоен поднимался на борт его встречали выстрелом из пушки и "Зорей" в исполнении двух горнистов. Затем я вставал с кресла, делал 3 шага навстречу (этакий церемониал), затем лейтенант Лазарев*(5) вкладывал мне в руки сверток с подарками подобранными исходя из ранга тоена, тот протягивал на вытянутых руках шкуру бобра… В этот день я получил для компании 47 бобров."
Муравьев одобрил деятельность Слободчикова и наградил 1000 рублей, но рекомендовал обновить большинство строений.
Через месяц суда благополучно достигли Павловской гавани. Там правитель провёл неделю проверяя отчётность, беседуя со старовояжными, некоторые из которых помнили ещё Шелихова, советуясь со священнослужителями. "Булдаков", давший течь, остался в гавани. Остальные же суда продолжили плавание в северном направлении. Капитан-лейтенант Васильев всё же хотел ещё раз попытаться выйти в Ледовитое море. Адольфу Карловичу Этолину предписывалось на шестипушечном "Баранове" подняться по Квихпаку и, заложив в удобном месте редут разведать реку "сколь можно дальше".
Правитель Кадьякской конторы Семён Яковлевич Никифоров был обласкан: "Поступки Ваши с жителями и служащими достойны всякой похвалы, за что примите мою благодарность". Некоторые особенно усердные алеуты и промышленные были поощрены премиями от 50 до 350 рублей. Отдав необходимые распоряжения Муравьев отправился на байдаре в Кенайскую губу, "…взяв с собой секретаря Грибанова, геолога Федора Штейна и двух матросов".*(6) По пути он посетил Афогнакскую артель и остался доволен её управлением, а 20 июня добрался до Александровской крепости. Ещё через неделю он прибыл в Николаевский редут где правителя нагнал посланный с Кадьяка шлюп "Златоуст", на котором Матвей Иванович отправился в Чугачскую губу.
Там, в Константиновской крепости, он застал катастрофическое падение дисциплины. "У начальника крепости Калашникова авторитета и власти нет никакой и приказания его не исполняются". На прибывшее начальства тут же обрушился град жалоб. Жаловались друг на друга почти все. Не желая влезать в эти дрязги Муравьев назначил нового коменданта- байдарщика Андрея Осколкова и отправился на Уналашку.
Дела Уналашкинской конторы оказались в расстройстве, а её правитель Крюков только жаловался, что после отмены паевой системы алеуты очень недовольны оплатой своего труда. Назначив вместо Крюкова пользующегося авторитетом байдарщика Романа Петровского и повысив конторщику Петелину жалованье до 1000 рублей "за исправное ведение дел" Муравьев отправился на остров св.Павла.
Управляющий Прибыловыми островами Черкашин "мучился грыжею но дела поддерживал в порядке. …Людьми руководил опытный промышленник Волков, пробывший на островах более 30 лет. Капиталом распоряжался некто Душкин, человек умный, но имеющий вздорный характер. Ведение всех конторских книг доверялось креолу Шаяшникову, получившему мою наивысшую оценку благодаря своей скромности, аккуратности и исполнительности. Строения все крепкие часовня даже красивая по здешнему месту". На место просившегося в отставку Черкашина правитель назначил "грузового приказчика Ивана Сизых. Думал было поставить на эту должность Касьяна Шаяшникова, однако Черкашин убедил меня, что промышленные не примут власти креола". Покидая остров, Муравьев удовлетворил просьбы некоторых промышленников, просившихся на родину. Остальным обещал замену в ближайшее время.
До конечной точки своего путешествия правитель добрался 10 августа. "Остров Св.Георгия поистине самое суровое место в колониях. В самом деле нельзя выбрать хуже места для жительства людей". Муравьева не удивили просьбы голодных промышленников, питавшихся в основном сивучьим мясом, побыстрее забрать их с острова, но сделать этого не мог. Остров св.Георгия был главным источником редкой красоты голубых песцов, а также лавтаков для обтяжки байдарок и байдар. Всё же с острова вывезены были 60 человек (среди них несколько детей родившихся на острове), а остальным обещал повышение жалованья от 10 до 70 рублей.
