Все племена Плато знали о знаменитых "торгах на водопадах" и хотябы изредка посылали к ним своих купцов. Через пару лет после закладки крепости даже самые отдалённые племена узнали о белых торговцах, а после экспедиций Штейнгеля за русскими закрепился статус экстерриториальных торговцев. Небольшие отряды, состоящие из приказчика и 2-3 каюров, свободно перемещались по всем притокам великой реки не опасаясь нападения. Табак, ножи, одеяла, сёдла, бисер и цукли нужны были всем, а ионополистами в этой области долгое время была Компания. А когда британцы смогли построить новые фактории традиция уже сложилась, так что даже их конкуренция не смогла значительно сократить приток мехов в Ново-Архангельск.
В целом в период управления Чистякова количество приобретаемых компанией мехов было достаточно стабильным и в среднем оценивалось в 3 200 000 руб. Однако даже этой суммы не хватало для закупки в Кантоне необходимого для загрузки барков товара. Не от хорошей жизни Главное правление беспрерывно требовало увеличить добычу мехов. "Следует Вам обратить пристальное внимание к приобретению барсучьих шкур, в коих Английские шорные и седельные немалую нужду имеют." И это пишет директор, который ещё десятью годами ранее советует не размениваться на калифорнийского калана, чья шкура ниже качеством и дешевле, чем у северного.*(3)
Впрочем Петр Егорович и сам обладал всеми необходимыми данными, чтобы оценить ситуацию в перспективе.
"Если вести счет по шкурам речного бобра, кои составляют более чем половину от цены всех шкур не морского зверя, то картина открывается прискорбная…
В 1-й год, как обустраивается компанейская фактория, народы туземные уже увидев все преимущества от нее, еще не имею нужной снасти и не промышляют достаточное количество бобров. На 2-й год они приносят на размен много больше бобров, а на 3-й - в 10, а то и в 20 раз более чем в 1-й. Однако затем торговля умаляется и к 6-му или 7-му году имеет в половину от 3-го, а к 10-му менее нежели в 1-й.
Происходит это потому, что дикие, начав бить бобра в каком озере, не успокаиваются пока не выловят последнего, не думая о сохранении зверя для будущих поколений. И изменить тут ничего нельзя. Если, к примеру, я прикажу не менять шкуры молодых бобров, индейцы тут же сбудут их британцам или французам… Потому и приходится продвигаться все далее в дикие земли где зверь еще не выбит. Но видны уж Скалистые горы пределом нам положенные…
Единственно где можно выменивать меха не нарушая договора, это вверх по великой реке Квихпах, что в верховьях своих именуется Юканом.
С малемутами*(4) привозящими в Ново-Александровский редут меха, никакого договора у нас нет, а дикие с верховьев Квихпаха буду только рады потому как те купцы сбывают им наши товары дороже раз в 5, а то и более."
В исполнение этого проекта и была снаряжена Чистяковым в 1827г. экспедиция "прапорщика корпуса флотских штурманов Ивана Яковлевича Васильева" с целью "Обозрения системы вод, орошающих внутреннюю сторону наших северных владений и составления описания страны, орошаемой этими реками".
Экспедиции предстояло выйдя из Ново-Александровского редута подняться по Квихпаху производя съёмку и уделяя особое внимание описанию населения, составляя подробные этнографические заметки и внимательно изучая характер и масштабы местной торговли. Кроме того Васильев длжен был выяснить вопрос о целесообразности основания в тех местах новых поселений.
Кроме экономических причин организации этой экспедиции были и политические резоны. До Новороссийска дошло сообщение от Главного правления об экспедиции Фредерика Бичи на корабле "Блоссом". Он в 1825г. отправился из Англии и должен был, не заходя в российские поселения, обогнуть Аляску и соединиться с отрядом Франклина. Правда пройти дальше Необходимого мыса ему не удалось, но об этом не знали ещё и в Лондоне.
В состав экспедиции, кроме самого Васильева, входил его заместитель "помощник мореходства" Пётр Колмаков (сын управляющего Ново-Александровского редута Федора Колмакова), толмач Семён Лукин, 2 русских промышленника, 2 стрелка кадьякца и 8 эскимосов киатагмиютов. Отправившийся 31 мая отряд в тот год смог подняться по Квихпаху только на 500 вёрст, до устья Коюкука. Постоянные провокации местных эскимосов, которые не желали терять свои позиции в посреднической торговле, вынудили прапорщика с оставшимися у него 6 людьми вернуться в Ново-Александровский редут. Все киатагмиюты дезертировали раньше.
На следующий год Васильеву удалось подняться на 200 верст выше Коюкука и начать торговлю с индескими племенами, но болезнь заставила его вернуться.
За два сезона прапорщик Васильев смог выполнить лишь часть из возложенных на него задачь. Кроме того, описание некоторых пройденных им районов было недостаточно точным, а сведения о местных жителях - не всегда достоверны. Тем не менее собранная информация побудила Правление к планированию новых факторий на этих территориях, а Васильев по ходатайству ГП РАК был награждён орденом Св.Владимира 4-й степени.
