Как практик, Мальцев мог бы и удовлетвориться таким «согласием» с его взглядами, но как естествоиспытатель — нет. И он, поднявшись на трибуну того же совещания, сказал без каких–либо уступок:
— Из–за одного ли овсюга мы сеем скороспелые сорта в конце мая? Нет, не из–за одного овсюга. Существует закономерность, что в большинстве случаев июнь у нас бывает с недостатком влаги…
И в который уже раз вынужден был повторить свои доводы, что поступать так диктует природа, и только она. В подтверждение своей мысли Мальцев привел слова Энгельса о том, что силы природы «действуют слепо, насильственно, разрушительно, пока мы не познали их и не считаемся с ними. Но раз мы познали их, поняли их действие, направление и влияние, то только от нас самих зависит подчинять их все более и более нашей воле и с их помощью достигли наших целей».
— Но уборка действительно осложняется, когда созревание хлебов запаздывает? — спросил я, перечитав стенограмму этих выступлений.
Мальцев, помедлив, ответил:
— Кто же говорит, что легко поздний хлеб дается? Трудно, конечно. И времени мало остается, и дождить начинает. Тут и колхозники недовольны, и самому тяжко. Однако подумаешь — не катастрофа, пусть и припозднились, помучились малость, однако и корма есть, и зерно, пусть и не такое хорошее. Куда хуже, когда ни того нет, ни другого, когда пусть и рано созреет, а убирать нечего.
Да, управлять погодой мы не можем. Не можем с необходимой для сельского хозяйства точностью предсказать, какими будут весна, лето, осень. Поэтому рассчитывать на полную гарантию успеха земледельцу трудно. Однако это вовсе не значит, что он не может добиться его, что нельзя вырастить хороший урожай при любых погодных условиях.
— При любых — да. А независимо от погодных условий — нет. Однако часто приходится слышать и читать именно такое бойкое утверждение: независимо! Неправильно это, потому что погодные условия как раз и являются той средой, в которой развиваются все растения. Конечно, условия эти бывают и неблагоприятными. Однако земледелец может и их использовать на пользу урожаю или хотя бы нейтрализовать соответствующими агротехническими приемами.
Как всегда в разговоре, с одной темы мы как–то незаметно переключились на другую, вспомнили Мичурина и его знаменитую фразу о том, что не можем ждать милостей от природы. Я сказал, что сегодня многие осмеивают эту мысль, обвиняя Мичурина во всех бедах, причиненных нами природе, в лихом обращении с ней.
— Но Мичурин никогда не звал к лихому обращению с природой. Он призывал к познанию ее законов и разумному их использованию. Так что не он в том виноват, что мы так нехорошо обошлись с природой и обходились, порой вовсе не считаясь с законами природы. К слову сказать, великий русский публицист и литературный критик Писарев тоже много раз говорил о господстве человека над природой… Сейчас найду. — Мальцев взял том сочинений. — Вот, в статье «Наша университетская наука», читайте вслух.
Читаю:
— «… все материальное благосостояние человечества зависит от его господства над окружающей природой, и что это господство заключается только в знании естественных сил и законов».
— А вот что он же писал в статье «Процесс жизни»: — «Умейте только узнавать свойства природы и действительную физиономию вещей, и вы всегда будете в состоянии воспользоваться этими свойствами по вашему благоусмотрению; не переделывая природу по–своему, вы будете ее повелителем». Слышите? Господство только в знании естественных сил и законов И это правильно. Это единственно верный взгляд на природу, диалектический взгляд. А мы порой не знаем этих сил, действуем вопреки им, и тогда или мы наносим вред природе, или ее силы обрушивают на нас сокрушительные удары…
Рассуждая так, Мальцев потянулся за какой–то другой книгой. Раскрыл…
— Вот, читайте, что подчеркнуто, — говорит Терентий Семенович, отдавая мне книгу. Я давно знаю, слушать он готов часами. Слушает и думает. Заметил я, ему лучше думается, когда слышит голос. Мысль, давно высказанная, как бы оживает, с нее спадает налет времени, и звучит она уже в устах современника, даже собеседника, с которым можно и поспорить.
Читаю, что подчеркнуто:
— «Я слышу, как часто у нас первые люди в государстве обвиняют то землю в бесплодии, то климат в давней и губительной для урожаев неравномерности. Некоторые даже как бы смягчают эти жалобы ссылкой на определенный закон: земля, по их мнению, усталая и истощенная роскошными урожаями старых времен, не в силах с прежней щедростью доставлять людям пропитание. Я уверен… что эти причины далеко отстоят от истины… Я думаю поэтому, что дело не в небесном гневе, а скорее в нашей собственной вине».
— Там дальше тоже есть дельные мысли, — остановил меня Терентий Семенович, когда я хотел закрыть книгу, чтобы посмотреть, кто написал ее.
Листаю дальше, ищу, где подчеркнуто. Вот…
— «С сельским хозяйством можно управиться без тонкостей, но оно не терпит и глупости».
На следующей странице:
— «Знать, что следует делать, это самое главное в каждом деле, а особенно в сельском хозяйстве».
