Я вспоминаю эти многократно пересказываемые истории не столько для болельщиков «Зенита», сколько для поклонников других клубов, не вникающих в нюансы становления обладателя Кубка УЕФА, Суперкубка Европы и многократного чемпиона России. «Зенит», не обласканный вниманием высшего руководства СССР, как «Спартак» и киевское «Динамо», не обладавший мощнейшими финансовыми возможностями, как «Днепр» и «Лада», не раз и не два оказывался на задворках отечественного футбола, а в начале девяностых мог и вовсе исчезнуть с футбольной карты страны. Но с честью пережил трудные времена, поднял голову и добился успеха своим собственным трудом. «Зенит» прошел огонь, воду и медные трубы, причем не только в переносном, но и в прямом смысле – вспомните спасение Садыриным утопающих в Баку и в пруду в Удельном парке и неработающее отопление на базе в середине девяностых. Помнят смутные времена работающий в «Зените» с 1992 года Михаил Гришин и покинувший клуб в 2018 году врач-реабилитолог, массажист Валериий Редкобородов. Помним и мы.
Перед началом первого после шестилетнего перерыва сезона в высшей лиге Садырин поставил перед командой высокую задачу – попасть в Еврокубки. Руководство «Зенита» было скромнее: десятка сильнейших.
– Садырин создавал новую команду, в составе которой было немало местных воспитанников, – рассказывает Игорь Данилов, – за «Зенит» играли ребята из «Кировца», «Турбостроителя», «Электросилы», нам объективно сложно было тягаться с московскими клубами, но даже в таком составе дома мы проиграли лишь три матча.
– Ключевая проблема переходной эпохи заключалась в финансировании, – рассказывал мне Андрей Кондрашов. – «Зенит» только с 1997 года, когда подключился «Лентрансгаз» с Сердюковым, стал постепенно становиться на ноги, а до этого являлся одной из самых низкооплачиваемых команд страны. Я, например, в 1990 году призвался в армию, играл в «Динамо» во второй лиге и получал зарплату больше, чем в «Зените». В 1995-м во Владивостоке зарабатывал 1000 долларов, а в «Зените», куда меня пригласил Павел Федорович Садырин, давали 500.
На «Петровский» вернулись болельщики, домашние игры посещали по десять тысяч зрителей, а поединок со «Спартаком» и вовсе собрал невиданный с восьмидесятых годов аншлаг. В разговоре с оператором «Зенита» Сергеем Тарасовым Леонид Генусов обронил сентиментальную фразу «Как же мы мечтали об этом!» На ведущие роли постепенно выходили Денис Угаров, Андрей Кондрашов, Максим Боков, Владимир Кулик, Игорь Зазулин. Большие надежды подавали Евгений Зезин и Валентин Егунов, усилили команду Сергей Попов, Денис Зубко и Дмитрий Хомуха. Выиграл конкуренцию у Юрия Окрошидзе Роман Березовский, в заявку на матч стал попадать совсем юный Алексей Игонин. Садырин обладал невероятным чутьем на таланты и интуитивно чувствовал, кто способен прогрессировать.
– Садырин – топовый тренер, местная молодежь, пришедшая на смену чемпионскому поколению 1984 года, заматерела в первой лиге и была ментально готова выступать на самом высоком уровне, – считает Константин Лепехин. – Вот почему на футбол вновь стали ходить зрители.
– Классный, мировой мужик, – характеризует Садырина Андрей Кондрашов, – любил пошутить, никогда не держал зла, но иногда «пихал» непонимающим. После игры подойдет, каждого обнимет, поблагодарит. О Павле Федоровиче я сохранил самые теплые воспоминания.
В ночь на 3 июня 1996 года, после подсчета голосов во втором туре губернаторских выборов, новым главой города стал Владимир Анатольевич Яковлев. «Зенит» вместе со всей политической и культурной элитой поддерживал Собчака, но в своей ставке ошибся. Такой же просчет семь лет спустя допустил президент петербургского «Динамо» Сергей Николаевич Амелин, ратовавший за победу на выборах вице-губернатора Анны Марковой, но в итоге лишившийся не только клуба, но и бизнеса. Однако закаленный в политических баталиях Мутко успел нанести предупреждающий удар, сделав клуб независимым от городских властей. У «Зенита» появились мощные акционеры: «Балтика», «Ленхлеб», Некрасовский телефонный узел, предоставивший клубу офис на улице Некрасова. Я хорошо помню то крохотное помещение на втором этаже: узкая лестница, тесный предбанник, короткий коридор, из которого выходили всего три комнаты – бухгалтерия, кабинет Мутко, впоследствии занятый Ильей Черкасовым, и каморка для остальных сотрудников.
Сезон 1996 года складывался непросто: на выезде команда набрала шесть очков, долго не удавалось получить трансферный лист Сергея Дмитриева. В сентябре петербуржцы обыграли дома «Аланию» и «Черноморец», однако затем потерпели три поражения подряд, а в октябре уступили вылетавшему из высшей лиги «Текстильщику» и середняку «Крылья Советов». Но даже при таких раскладах в случае победы в заключительном туре над «Спартаком» «Зенит» мог подняться на седьмое место.
