МакГонагал вздохнула, выпрямляя спину.
— Любые трудности преодолимы, мисс Эванс.
— Я не хочу преодолевать трудности, — упрямо заявила Лили. — Я хочу домой…
— Что это ещё за разговоры? — перебили её. — «Хочу», «не хочу»?! Об этом не может быть и речи. Закроем тему. За сегодняшний прогул назначаю вам отработку — будете помогать миссис Вэл в больничном крыле. Мистер Слагхорн расхваливал ваши таланты зельевара, вот и посмотрим, насколько похвалы оправданы. И конечно же, сдадите свиток. Завтра же, мисс Эванс. Поняли меня?
— Да, профессор.
Женщина сняла очки. Без привычного аксессуара взгляд её казался мягче.
— Я понимаю Лили, тебе нелегко. Но тот, кто ищет в жизни легких путей, почти наверняка эту жизнь проигрывает, — она выдержала паузу. — Я поговорю с Джеймсом…
— Он здесь не при чем!
— Не лгите. Во что ни ткни пальцем на моем факультете, Поттер, увы, окажется «при чем». Да ещё по самые уши! Ступай, Лили. Я не стану снимать с Гриффиндора баллы. Но впредь постарайся не прогуливать.
Было уже поздно. В лунных лучах Хогвартс выглядел устрашающе. Торопливые шаги отдавались гулким эхом в извилистых переходах. Подрагивали редкие факелы, скорее подчеркивая, чем разгоняя тьму.
«Осталось совсем немного, — уговаривала себя Лили, — ещё чуть — чуть, и этот кошмарный день наконец закончится».
Завернув за поворот, девочка поспешно нырнула обратно.
Впереди маячила группа слизеринцев — старшекурсников. И это был не патруль, хотя группу и возглавлял Слизеринский Принц — Люциус Малфой собственной персоной.
Эйвери, Каркаров, Нотт, Малфой и…Сириус Блэк?
Последний-то тут что делает?
— Я предупреждал тебя… — раздавался манерный, холодный голос Люциуса. — Твое решение в лучшем случае… опрометчиво.
— Не стой так близко, — дернулся Блэк. — Меня от тебя мутит.
Люциус нарочито сделал шаг вперёд, склоняя голову. Водопад снежных волос почти накрыл собеседника.
— Мне нравится стоять здесь, Сириус, — с придыханием протянул блондин, — и я буду стоять, где захочу…
Бледные пальцы Малфоя задержались на щеке гриффиндорца:
— Ты ещё смазливее, чем твоя кузина,
Мальчишка дернулся от протянутой к нему руки, словно от паука, скривившись от отвращения.
Малфой засмеялся.
Сириус в ответ улыбнулся своей фирменной гадючьей улыбкой. От неё ёжилась сама Макгонагалл. Подавшись вперёд, встав на цыпочки, гриффиндорец что-то прошептал на ухо Слизеринскому Принцу. В следующую же секунду палочка Малфоя резко упёрлась в хрупкую шею с такой силой, словно вознамерилась проткнуть тонкую кожу на мальчишеском горле.
— Зря ты это сказал, — протянул блондин.
Луна, вливаясь через большие окна, ярко освещала лицо Люциуса. Слизеринец был похож на тигра: взгляд полон жажды насилия, губы кривятся в жестокой усмешке.
Сириус смотрел с вызовом, но выглядел при этом таким маленьким, таким хрупким…
Лили испуганно вслушивалась в переливы тихого, изысканного, протяжного голоса:
— У нас впереди куча времени. Я научу тебя хорошим манерам.
— Обломаешься…
Короткая вспышка света на кончике Малфоевской палочки — вырвавшаяся магия впечатала Сириуса в стену. Мальчишка захрипел, хватаясь руками за горло.
— Люциус, — нерешительно переступил с ноги на ногу Каркаров, — он же ещё ребёнок…
Малфой наградил непрошеного заступника взглядом василиска.
— Неприятно? — с издевкой прошелестел блондин, опускаясь на одной колено рядом со сползшим по стене мальчиком.
Лили мутило от страха так, будто не Сириуса, а её Малфой схватил за подбородок; в её глаза заглядывал своими бесцветными льдинками.
— Будешь мне дерзить, узнаешь, насколько я могу быть изобретательным, когда хочу причинить боль…
Сириус рассмеялся. Прямо в лицо блондину.
— Что ты можешь знать о боли, павлин неощипанный?
Поединок двух взглядов. Глаза в глаза. Лица противников так близко, что в этом есть что-то непристойное.
Каркаров, Нотт и Эйвери молчаливо изображали столбы, отсутствие всяческого присутствия.
— Ты похож на Беллу, — сообщил Люциус, снова скользя пальцами по щеке Сириуса. —
— Да ты что? Неужели? Она такая затейница,
Короткая хлесткая пощечина, отвешенная Малфоем, заставила Сириуса замолчать.
И снова обмен взглядами, словно перетягивание каната.
Лили зажала рот ладонью, когда Блэк плюнул в самодовольную, высокомерную физиономию.
Люциус медленно вытер плевок с лица тыльной стороной ладони. Потом не торопясь отёр руку о мантию Блэка. Лицо у него при этом было такое пустое-пустое, словно у восковой куклы.
Ноль эмоций.
А потом слизеринец ударил. Резко. Кулак врезался Блэку в живот, заставляя согнуться пополам.
Люциус дождался, пока Сириус, стиснув зубы, медленно выпрямился, после чего ударил снова. Коленом. Под дых.
А потом град ударов посыпался, как из рога изобилия.
Притомившись от грубых маггловских приемов, Малфой перешёл к магии. Взмах палочкой, и Блэк, сипя, снова схватился руками за горло. Глаза его едва не лопнули от удушья. Он хрипел, кашлял, рычал, цеплялся за мантию мучителя, катался по полу.
Лорд Малфой невозмутимо, с интересом наблюдал за чужими страданиями.
