— Джеймс тонко намекает, — сладко пропел Сириус, — что если бы мы взяли тебя с собой, единорог бы к нам ближе, чем на милю, не подошёл бы. Эти создания не любят крыс, Петти…
Лили в качестве отработки за своё бесконечно легкомысленное поведение готовила очередную порцию костероста под руководством профессора Слагхорна. Или, правильнее сказать, декан Слизерина готовил, а она была на побегушках и на подхвате.
Профессор Слагхорн, несмотря на то, что Лили Эванс не была ни чистокровной, ни богатой, неизменно благоволил к ней, всегда ставил «Превосходно» по предмету, всячески нахваливал и выделял из толпы учениц.
Тщеславная девочка отвечала зельевару горячей привязанностью.
В то утро учитель и ученица почти успели закончить первую декаду приготовления состава на тот момент, когда миссис Вэл, с багровыми пятнами на скулах и сверкающими глазами, ворвалась в маленькую лабораторию.
— Профессор Слагхорн, мы осчастливлены сверх всякой меры визитом госпожи Вальпурги и Друэллы Блэк. Сии дамы разгневаны и требуют немедленных объяснений по поводу недавнего происшествия в Запретном Лесу.
Лили испуганно втянула голову и поспешила поставить сосуд с настоем яичной скорлупы на полку. Руки у девочки задрожали.
Профессор суетливо надвинул очки на переносицу, затем нервно сорвал их с лица, небрежно протёр платком и снова водворил на место.
— Разве господин директор не примет их? — спросил он тоненьким голосом.
— Господина директора, — сделала акцент на первом слове фельдшерица, — нет в Хогвартсе. Профессор Макгонагалл сказала, что его срочно вызвали в Министерство.
Резко развернувшись и хрустя накрахмаленным передником, миссис Вэл удалилась.
— Ну конечно, — запричитал профессор Слагхорн, — стоит только случиться неприятностям, как великий Дамблдор, как всегда, по уши в делах.
Негодуя, сорвал он с себя перчатки и, отбросив в сторону, засеменил к выходу.
Профессор неплотно притворил за собой дверь. Лили, мучимая любопытством и более благородным чувством — тревогой за Нарси, — сделала щёлочку между дверью и дверным косяком шире, так, чтобы имелась возможность заглянуть в соседний кабинет.
Через несколько минут вошла высокая статная дама с иссиня — черными волосами, уложенными ракушкой на затылке, со строгим, надменным, холодным лицом. Полные, округлой формы плечи; высокая грудь, волнующаяся под дорогим черным шёлком; довольно гибкий, несмотря на уже неюные годы, стан. Длинные глаза под пушистыми ресницами были совершенно лишены блеска. Обычно в таких случаях карие глаза похожи на шоколад, взгляд их отличается бархатистой мягкостью. Но глаза Вальпургии Блэк — а в том, что это мать Сириуса, у Лили не было сомнений — наводили на мысль о холодном оружии в мягком чехле.
За брюнеткой в комнату вплыла блондинка.
«Друэлла Блэк», — догадалась Лили.
Внешность матери Нарциссы почему-то поразила. В ней, против ожиданий, не оказалось ничего блэковского. Лили всегда представляла мать Нарси похожей на красавицу Беллу; но не Белла, а Нарцисса оказалась полной копией матери.
Как и Вальпурга, Друэлла одевалась в темное. «Лиловые сумерки» — модный оттенок для мантий мадам Малкин. Жемчуга в стиле «Коко Шанель» дополняли наряд. В отличии от бижутерии, что была в ходу у маггловских модниц, жемчуга Блэков были, разумеется, настоящие. Лучшее, что только можно купить за деньги.
— О! Милые дамы? — причитал вкатившийся на двух коротких толстых ножках за двумя дамами профессор-зельевар. — Безумно рад встрече. Это такая честь!
Вальпурга перебила, не церемонясь:
— Поводом, послужившим причиной для встречи, стало прискорбное событие, сэр.
— Моя дочь, профессор, — протянула Друэлла, — вверенная попечению господина Дамблдора и находящаяся непосредственно под вашим покровительством, едва не погибла, — голос её походил на замерзший колокольчик, с которого сыплется иней.
— Как могло случиться, что мой сын и племянница подверглись нападению оборотня? — гневно взирала на маленького пухлого человечка из-под тяжелых век Вальпурга.
— Мадам … я, право, в затруднении…
— До нас также доходили слухи, что в Хогвартсе якобы докатились до того, — продолжала Вальпурга, приподнимая идеальные дуги бровей, — что сюда принимают не только грязнокровок…
— Уверяю вас, в Слизерине магглорожденные не обучаются.
— …но оборотней. Оборотней, мистер Слагхорн! Дамблдор что, на старости лет лишился рассудка? Он
— Право, Вальпурга, вы переходите границы, — Лили отметила, как на скулах профессора вспыхнули алые пятна. — В компетенцию директора входит право решать, кому учиться в Хогвартсе, а кому нет. И, смею заверить, если бы ваш сын — да, да! Ваш сын, уважаемая миссис Блэк, был бы воспитан в должной мере…
— Как вы смеете!
