Слизеринский староста, грубо отпихнув рыдающую Беллу, склонился над младшей Блэк. Перекинув её тело через колено, с силой локтем надавил на спину. Поначалу ничего не происходило. А потом тело Нарциссы содрогнулось, изрыгая потоки воды.
Лишь когда Нарцисса начала кашлять, Малфой отступил, уступая место Белле. Та что-то бормотала сквозь слезы, заботливо укутывая младшую сестру пожертвованной Рудольфом мантией.
Лили почувствовала, как её овеяло горячим воздухом. Обернувшись, она встретилась с черными, точно угли, глазами.
— Сев?
— Ты в порядке? — мальчик пытался говорить строго, но голос его дрожал и от этого хрипел больше обычного.
— Я пыталась вытащить Нарциссу…
— У тебя получилось.
Девочек отправили к миссис Вэл. Ничего серьёзного, кроме переохлаждения, колдомедик у них не обнаружила.
— Эванс, ты просто кара небесная. Хуже любого мальчишки, — выговаривала фельдшерица. — Какая-то нездоровая страсть привлекать к себе внимание!
— Она спасла мне жизнь, — вступилась Нарцисса. Лицо слизеринки казалось не ярче наволочки, на которой она лежала. Ни кровинки. И все же Нарцисса умудрялась походить на куклу. — Если бы не Лили, я бы утонула.
— А ты разве не к этому стремилась? — Северус, скрестив руки на груди, исподлобья, со злостью глядел на однокурсницу так, будто хотел придушить её собственными руками.
Слизеринка не ответила, лишь побледнела ещё сильнее, хотя Лили и казалось, что это невозможно.
— В следующей раз, — продолжил мальчик, — когда тебя посетят мысли о суициде, Нарцисса, совершай его где-нибудь подальше. Там, где никому не придёт в голову рисковать ради тебя жизнью.
— Северус, не говори ничего сестрам, пожалуйста, — взмолилась Нарцисса.
— У меня нет привычки общаться с Блэками, — с ледяным спокойствием ответил мальчик. — Поправляйтесь, дамы. Всего хорошего.
Лили догнала Северуса. Она не могла позволить ему вот так уйти. Ей просто необходимо было перекинуться хоть парочкой слов.
— Сев?
— Лили?
— Ты ведь не сердишься на меня, да?
— Если бы ты сегодня утонула, ты подумала о том, каково было бы твоим родителям? Твоей сестре?
— Позвать на помощь не было времени! Нарцисса бы утонула…
— Было бы лучше, если бы вы утонули вместе?
— Я должна была ей помочь. Я не могла иначе.
Лили безотчетным жестом протянула к нему руку. Она осталась одиноко висеть в воздухе. Сев не сделал попытки её пожать.
— Ты придёшь ещё? — с тоскливой мольбой спросила она. — Или бросишь меня снова?
— Я не бросал тебя, Лили. Это ты предпочла моему обществу компанию Поттера.
— Нет!
— Иначе ты не пошла бы с ним в лес, не рисковала бы так глупо своей жизнью.
— Прости! Я больше не буду…
— Ты легко даешь обещания, Лили. И так же легко их нарушаешь.
— Давай забудем нашу размолвку?
— У нас не было с тобой размолвок, Лили, — покачал головой Северус. — Нечего забывать.
— Давай дружить снова, как раньше?
Черные глаза смотрели на девочку с насмешливой жалостью:
— Разве мы дружили?
Он словно ножом ударил. Словно окатил ледяной водой.
В пространстве совсем не осталось воздуха.
— Поправляйся, Лили. И не прыгай так бездумно за тем, кому этого вовсе не надо.
Северус ушел.
Босые ноги мерзли под прикосновением сквозняков.
Хотелось плакать, как тогда, когда она поссорилась с Петунией на перроне.
Хотелось плакать. Только слез не было.
В жарко натопленном лазарете было тихо. В окна вливался тусклый свет пасмурного дня, уже начавшего клониться к вечеру. Наконец-то хлынул ливень, и капли меланхолично стучали по стеклам, убаюкивая: «Спи, спи, спи». Если приподняться на локтях, можно прямо с постели увидеть верхушки деревьев в Запретном Лесу. Их нещадно трепало ветром, они раскачивались из стороны в сторону. Не успевшие спрятаться от ливня прохожие утратили четкость очертаний и казались отсюда, из окна, чуть размытыми кляксами.
Под потолком комнаты горели лампы. Было слышно, как миссис Вэл стучит своими склянками, готовя очередной состав. Пахло марлей и лекарствами.
Тело покоилось в тепле под пушистым ворохом одеял. А душа разрывалась от боли. Металась в беспокойным водовороте мыслей, колотилась о ребра вместе со взволнованным сердцем.
— Ну почему именно Малфой спас нам жизнь? — причитала Нарцисса.
— Какая разница? — безразлично откликнулась Лили, слишком погруженная в собственные переживания. — Главное, что удалось выбраться.
— Если бы можно было выбирать спасителя, Малфоя я бы выбрала в последнюю очередь, — покачала головой слизеринка. — Вернее, я бы вообще его в очередь не поставила.
— Боюсь, никто в Хогвартсе не поймёт твоей антипатии. Такой чистокровный, такой богатый, такой популярный Люциус Малфой, герой-любовник, а теперь ещё и просто — герой. Тебе лавров для него жалко? Заслуженных, между прочим.
— Люциус страшный человек. Да и Белла не лучше. Просто она моя сестра, и к её грехам я отношусь снисходительней.
— Нет на свете справедливости — да здравствуют родственные связи! Почему ты вообще о них заговорила? — Лили сощурилась. — В роковое плавание ты, случаем, не из-за этой парочки пустилась?
