— Буду рада, когда ты поговоришь с Летой, — продолжает Димка.
Алёна выпускает ее ладонь и засовывает руки обратно в карманы куртки.
— О предупреждении лешего?
— О вашем поцелуе. Хотя о лешем тоже можно.
— Умеешь же ты расставлять приоритеты, — беззлобно произносит Алёна с коротким смешком, когда они идут вперед, огибая все тропинки и направляясь дальше, не имея какой-то особенной цели.
Солнце еще не греет, а здесь, за всеми ветками деревьев, его и не особо хорошо видно, поэтому они совсем недолго слоняются по лесу. Даже теплые куртки не особо спасают. Было бы не так холодно, не реши они посидеть на валежнике, но Алёна ничего не говорит.
В конце концов, иногда приятно просто сделать то, что хочется, а не то, что правильно.
Видимо, чем-то таким она и руководствовалась, когда решилась поцеловать Лету. И надо признать, что как бы неловко ей ни было, она не жалеет. Рано или поздно это все равно бы случилось. Значит, это должно было случиться сегодня.
Спонтанно, немного нелепо, но все же случиться.
И от одних этих мыслей на лице появляется мечтательная улыбка.
Димка замечает ее, определенно точно замечает, но ничего не говорит, что совсем уже удивительно. Алёна хочет вставить какой-то язвительный комментарий, но не делает этого. Ее подруга и без того любит быть вечно правой, а давать ей лишний повод не стоит.
Может, она и правда влюбилась?
Или все дело в том, что пропала Агата и Алёна впервые за долгое время почувствовала себя нужной и захотела сделать что-то, кроме извечной домашней работы?
Ответ на вопрос не находится. Проще оставить его без ответа, позволить себе наслаждаться моментом и не думать о том, что будет дальше.
На прощание Димка крепко ее обнимает и говорит почти что на самое ухо:
— Все будет хорошо.
— Обязательно, — отзывается Алёна, не имея ни малейшего представления о том, что на самом деле там будет.
Вряд ли вообще что-то может быть хорошо, когда над школой висит угроза еще одной пропажи, но эти мысли остаются исключительно в голове Алёны, потому что Димка обходит одно дерево, другое, а потом как будто растворяется в воздухе — отправляется домой.
Алёна еще какое-то время стоит на месте, а потом отмирает и тоже направляется домой. Слишком насыщенный день должен закончиться. Отчего-то ее накрывает ощущением усталости уже у самой двери в квартиру. Хочется только переодеться и лечь спать, хотя вечер только-только наступает. Она открывает дверь своими ключами и почти что вваливается в прихожую.
Почему-то мысленно радуется тому, что Марта не спешит ее встречать. Рассказывать в очередной раз о том, что произошло в школе, не хочется, да и придется врать, что она не пропускала занятия. Об этом вообще правильнее кажется промолчать. Но проскользнуть в свою комнату незамеченной не получается. Марта выходит из своей спальни и спрашивает с легкой улыбкой:
— Как день прошел?
Вместо ответа только тяжелый вздох.
Алёна толкает дверь в свою комнату и ставит школьную сумку на пол, мысленно надеясь, что этого достаточно и тетя не последует за ней. Но Марта отстает от нее всего на несколько шагов.
— Больше не выпадала из реальности?
— Пока нет, — произносит Алёна, усаживаясь на край кровати. Приходится смириться с тем, что в покое Марта ее не оставит, поэтому она кивает и говорит: — Заходи, ты же не только об этом поговорить хочешь.
Выражение лица у Марты удивленное, но она не спрашивает, с чего вдруг Алёна это взяла. Она проходит в комнату, садится рядом на край кровати. Ее голос звучит несколько тревожно, когда она заговаривает снова.
— Слышала, у вас в школе пропала первокурсница.
Алёна тупо кивает.
— И никто не знает, куда она делась, — Марта продолжает осторожно, будто бы прощупывает почву. Алёна снова кивает. — Я бы сказала, что теперь в школе не безопасно.
— Люди могут пропасть откуда угодно, — Алёна переводит на нее сосредоточенный взгляд. К усталости добавляется еще и болящая голова. День не мог стать еще тяжелее, но, судя по всему, становится. — Если так рассуждать, то нигде нет абсолютно безопасного места.
— Ты, конечно, права, — Марта соглашается мягко, а потом накрывает ладонь Алёны, лежащую между ними на кровати, своей. — Но я хочу быть уверена, что ты не подвергаешься излишней опасности.
Почему-то это заставляет напрячься.
Алёна ладонь выворачивает и сцепляет пальцы в замок. Марте не остается ничего, кроме как убрать руку и не касаться ее.
— Понимаешь, — тетя звучит так, будто пытается подобрать слова, — сама суть школы заключается в том, чтобы дать возможность юным ведьмам раскрывать свои силы постепенно, получать необходимые знания в комфортной и безопасной, — она делает акцент на этом слове, — обстановке.
— Так оно и есть, — соглашается Алёна. Смотрит и почти не моргает.
Повисает пауза.
Непродолжительная, но от того не менее неуютная.
— Может, тебе будет лучше уйти на домашнее обучение?
Предложение настолько внезапное, что Алёна буквально не может найти слов, чтобы ответить. Только смотрит округлившимися от удивления глазами и все.
Марта продолжает:
— Не навсегда, но на какое-то время. Скажем… закончишь этот курс так, а дальше посмотрим.