Подруга почти никогда ее не слушает, но сейчас это кажется фатальной ошибкой. И будто вторя ее мыслям, болотник хлюпает:
— А не боишься, ведьма, оказаться в моих владениях?
— Спасибо, дедушка, мы не за этим тут, — легко отзывается Димка, присаживаясь на корточки. Говорить тише не начинает, все так же кричит, и Алёна оборачивается, слишком поздно вспоминая, что на многие десятки метров они совершенно одни.
Только они, болотник и густые леса, полные всевозможных духов и существ, недолюбливающих докучливых ведьм. Нарочно не придумаешь.
— Нам бы узнать у тебя кое-что.
— А подружка-то у тебя посмышленне, — булькает болотник, и корявая ветка уходит под слой тины, когда он указывает на Алёну. — Знаешь, да, девчонка, что в здешних лесах творилось и твориться будет?
Черные бусины сверкают подобно драгоценным камням, он поворачивается к Алёне, и она несколько нервно лопочет:
— Мы не хотели вас беспокоить, дедушка. Дело действительно важное.
— А у вас, ведьмино отродье, иных дел и не бывает. Все-то вы рыщите, вверх дном переворачиваете и над природой глумитесь. Слаб был леший, коли позволил вашему сброду тут свободно промышлять.
— Так скоро новый будет! — звонко отзывается Димка, широко улыбаясь. — Ты не злись, дедушка, мы ведь сразу уйдем, как ты нам поможешь.
Корявые ветки цепляются за край почвы, и небольшая глиняная кочка становится все толще, поднимаясь из трясины. Алёна медленно шагает ближе к подруге, не решаясь подскочить как можно быстрее. Вот бы она не отставала, вот бы сразу пошла с ней шаг в шаг. Тогда точно могла бы сейчас за руку дернуть и оттащить в сторону. Но между болотником и Димкой совсем уже мало пространства, а та, дура упрямая, даже не думает убегать. Лишь на ноги поднимается и чуть в сторону отходит, позволяя хозяину трясины вылезти на берег.
Грязный мох на его спине напоминает плащ, и Алёна замечает ползающих по нему жучков, когда подходит ближе и останавливается за спиной Димки.
— В школе пропала девочка, — произносит та, не обращая никакого внимания на стекающую жижу, льющуюся с болотника на землю. — Не видел ли ты чего-нибудь необычного?
— Необычного… — тянет он, и Алёна судорожно вспоминает, чем еще славится его порода, кроме стремления утянуть людей с собой на дно. — Эти леса всегда сводили с ума слабых духом, а вы, девки, совсем страх потеряли, ежели думаете, что каждая местная тварь станет вам радоваться и отвечать на ваши вопросы.
Алёна осторожно тянет подругу за рукав и шепотом еле слышно умоляет:
— Пойдем отсюда.
Ей здесь не нравится, ей с самого начала тут не нравилось, но черные бусины переливаются изумрудным, чернильным, а кривой рот гнется так неестественно, что она готова поверить в то, что и Агата, наверное, пришла сюда и точно так же докучала болотнику своими расспросами.
— Вы думаете, и она спятила? — спрашивает Димка, не обращая никакого внимания на то, что Алёна уже не просто аккуратно подтягивает ее к себе, а буквально дергает за куртку. — Не припомню, чтобы раньше кто-то не возвращался из леса.
— А ты поспрашивай кого поумнее, — скалится водяной.
Со стороны болота вдруг что-то крякает, а потом сквозь туман появляются небольшие огоньки. Димка и Алёна наблюдают за их сгущением, корявые палки, служащие болотнику руками, несколько криво вздрагивают.
— Дуры вы, девки. Как пить дать — дуры, — прихлюпывает он, протягивая одну из ветвей к Димке.
Он успевает схватить ее за штанину, но Алёна реагирует быстрее: хватает подругу за руку и резко на себя дергает.
— Бежим отсюда!
Она делает шаг назад спотыкается, и они обе летят на землю. Светящихся огоньков становится все больше, густой туман уже полностью покрывает все болото, а из трясины что-то выползает.
— Злобный ты, дед! А мы ведь по-хорошему с тобой! — кричит Димка, поднимаясь на ноги. Алёна хватает ее за руку, и они со всех сил бросаются обратно в лесную глушь. Болота, кажется, оживают, потому что они слышат рокот, кряхтение и даже кваканье лягушек, звучащее за их спинами.
— Дуры девки! — эхом разносится словно бы со всех сторон.
Алёна спотыкается на кочках, но у Димки ноги проворнее. Она сжимает Алёнину ладонь крепко, несколько раз даже помогает ей удержаться в вертикальном положении.
— Вот это приключение, да? — задорно усмехается Димка.
Алёна хочет ответить что-то колкое, но бок от быстрого бега начинает болеть, да и подруга тянет ее прямиком в густой туман.
— Мы не оттуда пришли, — говорит она, задевает носком ботинка торчащий корень и летит носом в землю, как вдруг Димка резко останавливается и дергает ее на себя.
— Оттуда. Это все туман… Я точно помню… — запыхавшись, отзывается та. Сгибается пополам, выпуская Алёнину руку, и пытается отдышаться. — Нам нельзя… Останавливаться.
Впервые за весь день Алёна согласна с ней. Они снова берутся за руки и, кажется, проходит несколько часов прежде, чем им все же удается выйти из тумана, найти знакомую тропинку и направиться в сторону школы.