Алёна выходит, дверь за собой закрывает. Выдыхает тяжело и смотрит себе под ноги, несколько секунд просто дышит. Потом поднимает голову, видит еще двоих одногруппников в рекреации, но ничего им не говорит. Хватит с нее сегодня школы, хватит с нее всего этого.
Надо просто идти домой.
В квартире не просто стоит стойкий запах ладана, в квартире висит самый настоящий туман, когда Алёна открывает дверь и кладет ключи на комод в прихожей. Откашливается и ладонью перед лицом машет.
— Марта! — зовет, голос повышает и еще громче: — Марта!
И пока она скидывает школьные ботинки, из соседней комнаты выходит тетя в длинной юбке, подолом подметающей пол, и с цветастым платком на плечах.
— Чего, золотце?
Алёна снова ладонью перед лицом машет.
— Вот это, — говорит. — У тебя ничего там не взорвалось?
— А, это… — задумчиво отзывается женщина. — Это я квартиру чистила после своих клиентов. Ужинать будешь?
Алёна улыбается устало, кивает.
— Да, буду.
— Ну и хорошо, — мелодично отзывается тетя и направляется в сторону кухни.
Алёна ногой двигает ботинки в сторону, взгляд скашивает в сторону кухни, чихает от густого тумана и идет в свою комнату. Рюкзак у самой двери оставляет и переодевается в домашнюю одежду. На самом деле тетя снова будет ворчать, если заметит, но она все равно открывает окно, чтобы проветрить хотя бы в своей комнате. Ладан, может, и очищает, но она от него начинает чихать каждый раз, а потом еще глаза слезятся.
Черная кошка трется о дверной косяк, а Алёна, заметив ее, палец прикладывает к губам.
— Только Марте не говори, — шепотом. И, проходя мимо, наклоняется на несколько секунд, чтобы почесать за ухом. Кошка урчит, а значит сегодня у них перемирие и дружба.
К тому моменту, как Алёна выходит на кухню, туман в коридоре немного рассеивается. Тетя наливает из большого заварного чайника что-то в чашку сначала ей, а потом и себе.
— Это успокоительный сбор, ты какая-то уставшая, — комментирует она, ставя чашку на стол. Алёна кивает.
— Спасибо.
Тетя еще некоторое время пляшет по кухне, пока Алёна пьет медленными глотками, а потом все же усаживается за стол напротив нее. То ли это домашняя атмосфера так влияет, то ли чай и правда успокаивает, а может, все вообще дело в ладане, но Алёна замечает, что чувствует себя уже совсем иначе. Не как в школе.
Кошка запрыгивает на свободный стул и внимательно на нее смотрит. А она думает, что всегда в этой кошке было больше человеческого.
— Как дела в школе?
Вопрос вроде дежурный, поэтому Алёна сначала просто пожимает плечами, а потом поджимает губы, ставит чашку чуть в сторону от тарелки и переводит взгляд с кошки на тетю.
— Нашу группу сегодня отправили писать тест на агрессию.
— Странно, — отзывается меланхолично тетя, и Алёна понимает, что она рассматривает остатки трав и чаинок у себя в чашке. Не очень-то вежливо, но Марта всегда была из тех самых настоящих ведьм, витающих в своих мыслях и живущих больше в потустороннем, чем в настоящем.
Глупости какие, не бывает никаких настоящих ведьм. Есть способности — вот и все.
Алёна вилкой ковыряется в тарелке с макаронами, аппетит почему-то испаряется прямо на глазах.
— А потом всех отправили к психологине…
— Вы что-то натворили?
— Нет, но…
— В мое время мы часто выкидывали что-то эдакое. То путали парням травы, то заколдованных жаб преподавателям подкладывали. О, был еще случай с крысой!..
— Ничего такого! — она повышает голос от невыразимого чувства стыда, что тетя просто даже мысль такую о ней допускает, а потом вдруг тушуется. — Извини. Дело совсем не в этом.
Между ними повисает пауза, Алёна запихивает в рот несколько макаронин, продолжает вилкой водить по тарелке, а внимание тети и кошки полностью обращено к ней. Марта не торопит, отставляет в сторону свою чашку — краем глаза Алёна замечает, что она пустая; надо же, она и не помнит, чтобы та пила — и улыбается.
— А в чем, золотце?
Алёна поднимает на нее взгляд, смотрит на улыбающееся лицо напротив, и ощущение стыда и дискомфорта проходит само собой. Все соседи и знакомые всегда говорили, что у тети особая, располагающая к себе аура. Знали бы они еще, что в опасных руках может сделать такая аура.
Хорошо, что руки Марты не такие.
Она выдыхает, кладет вилку и руки складывает перед собой на столе.
— Кто-то подрался несколько дней назад.
— Ну и что же тут такого! — Марта всплескивает руками, а потом треплет кошку по голове и по ушам. — Подрались и подрались, ничего страшного не случилось. Мальчишки всегда дерутся, особенно молодые.
— Не совсем мальчишки…
— А кто? — спрашивает Марта, будто бы больше внимания уделяя кошке, чем разговору. — Девочки не поделили симпатичного преподавателя?
— Скорее одна девочка с последнего курса избила своего одногруппника.
Тетя вдруг гладить кошку перестает, а улыбка и беззаботность с лица уходит.
— Плохо, — отзывается она коротко.
И добавляет:
— Очень плохо.