Наконец лес кончился — и перед ними возникла стена. Серые камни в стальной окантовке, покрытые ароматным древним мхом и алыми запретными грибами — они обошли ее вокруг — на это у них ушло пол дня — и все же ворот или другого входа не было. Воспользовавшись топорами, они соорудили две лестницы — одна чтобы попасть внутрь — другая — чтобы перелезть обратно. И вот, оказавшись на другой стороне, они увидели невозможное. Казалось, это был райский сад. Благоухающие деревья и цветы невиданных красок и форм. Средь ухоженных растений бродили невиданные животные. Тут и большая кошка с рогами мула — почему то полосатая золотом, и сама синего цвета. Двуглавые птицы, что пели разными частотами ультразвука. И в сочетании с трелями цикад и сверчков, казалось, сливались в божественные мелодии. Изумрудные ящерицы, покрытые серебристыми письменами, переливались на солнце зелеными искрами, сидя на камнях. Но что-то среди всего этого чуда пугало путников. Тут и там расставлены статуи, вырезанные из дерева, камней и металла. Каких-то противоестественных форм и сочетаний. Существа молчаливо охраняли тот сад.
Они решили не искушаться красотами того чудного места и идти к своей цели. Пройдя далее — они увидели, казалось бы, строение из резного дерева, камня и так же — металла. Стремясь вверх, этот необычный дом с входами с каждой стороны, сводился к хрустальной пирамиде. Они поняли, что дом представляет собой кольцевую структуру, и входы с каждой из четырех сторон. У каждого из входов — по колонне из сплава золота и серебра, им так знакомым казался этот сюжет.
Каждый вход украшала пара существ, невиданных ими ранее. Окон у дома не было. А двери были закрыты. Этот дом, как они поняли, находился не совсем в центре — все же, от одного из входов была лужайка — тут пара кресел и столик с игрой, похожей на шахматы, но сложнее — каждая фигура своего цвета, была уникальна на сторону — а сторон четыре.
Они остановились у входа и, переглянувшись, стали подходить. Вдруг — слабый шум — за дверями. Они прислушались. Сердца вечно юных и радостных наполнились волнением. И вот, двери открылись, и тот, кто жил тут вышел на крыльцо..
Стоит отметить, что человечество оказалось гораздо меньшей численностью, чем заветный золотой миллиард. После катастрофы, что унесла прежний мировой порядок, вместе с жизнями обезумевших. И вот, люди стали жить общинами. Собираясь группами и селясь вокруг золотых деревьев, что давали плоды и несли жизнь телу и свет разуму, принимавших от них. Собирать с деревьев плоды разрешалось лишь их лидерам — так они решили единогласно. Старейшины этих собраний получали каким-то образом указания. Как строить жизнь и организовывать этих послушных людей. Все же, разбросаны эти кучки людей были по всему шару земному и не знала одна община, что творилось в другой. Но как-то те, кто получал информацию на тайных собраниях, услышали, что есть сила и цель.
И так — от немногих общин были выбраны некоторые — что должны были пойти на эту задачу. Сами посланники не представляли, что их ждет — этого не знали и получившие это знание. И вот, они встретились в указанном месте — вооруженные, и все же неготовые к неизвестному. И отправились искать то заветное место что хранило тайну.
Из дверей вышел юноша. С кружкой ароматного напитка и наушниками в ушах. Он подошел к столику и поставив на стол пахнущее воспоминаниями кофе, что-то сказал в дом. Но тут же заметил пришедших. Те что то начали требовать. Сначала мягко, но уверенно. Потом срываясь на крик.
— Открой нам то, что сокрыто здесь!
— Отдай нам то, за чем мы пришли.
— Кто ты такой и откуда у тебя эта старая технология?
Юноша как будто и не понял их. Конечно, ведь тот язык, что он использовал, и был той тайной, за которой они пришли. Но они не знали этого. Он что-то сказал, обращаясь вглубь дома. И вышла женщина. Она была рассержена и обескуражена пришедшими. Они стали спрашивать и ее. Она что-то сказала — кажется самой себе. А потом, что-то шепнув на ухо юноше — тот побежал обратно в дом — загородила им вход.
Они не могли пустить в ход оружие — сама мысль о насилии была им противоестественна. Но все же, требовали и спрашивали — но все без толку — она не понимала их слов. Из дома вышли несколько человек — но остались стоять на крыльце — и еще один — и тот юноша тоже, неся еще одну кружку кофе, он посмотрел на тех, что пришли и кинул пару фраз с ними на понятном им языке.
