– Послушайте, может, это и ерунда, но, если увидите его снова или вас что-то – все равно что – насторожит, звоните мне немедленно. В любое время!
– Ладно.
– Не надо к нему подходить, просто позвоните мне.
– Хорошо, детектив-сержант Логан, не буду. Так и сделаю!
Мы доходим до порога, и он улыбается. Распахивает дверь, стоя в лучах яркого света, оборачивается и ерошит свою дурацкую прическу.
– Просто Логан. А лучше зовите меня Крейг. Мама в свое время переслушала «Проклеймерс»[5], будь они неладны!
Он захлопывает за собой входную дверь, и в прихожей снова становится сумрачно. Иду на кухню, из-за прикрытой двери доносится звяканье ложечек и приглушенные голоса.
– Позвоните, если понадобится помощь, – говорит Шона. – Номера горячей линии и психолога у вас есть, но я могу заняться более практическими вещами вроде панихиды или…
– Нет! – резко и хрипло обрывает ее Росс.
– Хорошо-хорошо, вы правы! Пожалуй, еще слишком рано… И все же по долгу службы я обязана оказать вам помощь и дать любую информацию, когда будет необходимо, – с запинкой отвечает она, и я злорадствую.
Серьезно, панихида?! Она что, издевается? Эл пропала меньше недели назад!
– С юридической точки зрения сейчас стало попроще, но родным пропавших без вести все еще бывает очень трудно уладить их дела.
– О чем это вы? – спрашивает Росс гораздо менее возмущенно, чем следовало бы.
По плиточному полу чиркают ножки стула.
– Я не говорю, что нужно заниматься этим прямо сегодня, но в случае исчезновения человека, когда нет тела или свидетельства о смерти, полагается подать иск о признании его умершим. Если все пройдет удачно… Росс, наверное, слышать это сейчас вам тяжело, но… Так вот, суд уведомит начальника центрального бюро регистрации актов гражданского состояния, и тогда факт смерти зарегистрируют. Раньше ждали минимум семь лет, чтобы объявить человека умершим; теперь правила изменились. Знаю, вам не хочется думать о практической стороне дела сейчас, однако вы должны быть морально готовы. Беготни предстоит много.
Если она еще раз пропищит слово «практический» своим нелепым голоском, я ее придушу! Странно, что Росс до этого пока не додумался.
Сердито распахиваю дверь, Росс отстраняется от Шоны и вскакивает.
– Хотите чаю, Кэт? – участливо спрашивает она, краснея.
– Никакого чая, – отказываюсь я, глядя на Росса, и демонстративно принимаюсь готовить себе кофе.
Шона встает и заверяет Росса, что готова вернуться завтра же или в любое время, когда ему понадобится.
– Я вас провожу, – с напряженной улыбкой говорю я. В прихожей кладу руку на задвижку и поворачиваюсь к Шоне. – Эл вовсе не умерла!
– Что?!
На ее носу – россыпь светло-коричневых веснушек, высветленные волосы выглядят хрупкими и безжизненными, того и гляди переломятся от порыва ветра. Тоже мне, красотка нашлась!
– Эл не умерла, – повторяю я и склоняюсь к Шоне, растягивая губы в широкой, застывшей, насмешливой улыбке сестры. – Так что даже не надейтесь!
9 апреля 2018 в 06:56
Re: Он знает
Входящие
Подсказка 4. ЭТО БЫЛИ ЛУЧШИЕ ВРЕМЕНА, ЭТО БЫЛИ ХУДШИЕ ВРЕМЕНА.
Отправлено с iPhone
9 апреля 2018 в 07:02
Re: Эл
Входящие
Неприятности не у меня, а у тебя.
Отправлено с iPhone
Страничку из дневника я нахожу в потрепанной книге «Повесть о двух городах», которая стоит на полке за автопортретом Эл. В детстве сестра ее просто обожала: трагический сюжет, страшные события, мадам Дефарж с ее вязанием… Эл смеялась надо мной, потому что мне больше нравилась «Энн из усадьбы Зеленые Крыши».
