Мия ощутила, как в кровь хлынула ледяная струя адреналина и волоски на руках встали дыбом. Все вдруг обрело кристальную четкость — семь длинных одноэтажных строений, кастрюля и голубая рубашка, натянувшаяся на широкой спине бабушки.
Ким задрала штанину и сунула руку в носок.
Заточка сверкнула белым в лучах солнца.
Мия встретилась глазами с Ким, кивнула ей и быстро пошла на бабушку, прижимая руку с ножиком к телу.
Она так крепко сжимала оружие, что пальцы побледнели.
Собака лаяла, не унимаясь.
Под ботинками с хрустом рассыпался гравий. Длинная ложка постукивала о края кастрюли.
Ким шла за ней, готовая напасть на бабушку сразу после первого удара. Она сама не сознавала, что поскуливает. Бабушка выпустила из рук длинный черенок ложки и сделала движение, чтобы обернуться.
Ноги у Мии дрожали, дыхание участилось. Она сосредоточилась на бабушкиной спине, там, где рубашка прилегала неплотно.
Мия занесла было руку, чтобы удар вышел посильнее, и вдруг что-то грохнуло. Сильный удар пришелся ей по виску и щеке. Шею как обожгло. Падая, Мия успела заметить, что Бленда теперь держит лопату в обеих руках. Мия уронила ножик, увидела, как он несколько раз перевернулся, сверкая на гравии, и исчез в решетке стока. Потом Мия упала на землю, в глазах потемнело.
Уши наполнял свист, как от петард.
Мия пулей пролетела сантиметрах в десяти над землей и бросилась в лес, за деревья, где свернула на дорогу, ведущую к шахте.
Когда она очнулась, голова раскалывалась от боли. Мия поняла, что лежит на земле. Во рту пересохло, лицо в липкой крови и песке.
Мия не знала, сколько времени пролежала без сознания.
Солнце стояло в зените, его окружало зубчатое кольцо розового света.
Мия осторожно повернула голову и увидела два размытых креста. На ум пришла Голгофа.
Ким и Бленда стояли посреди двора, вытянув руки в стороны, как Христос. У ног Ким лежала заточка, у ног Бленды — лопата.
Мия пыталась сообразить, что произошло.
Бормоча что-то себе под нос, бабушка встала перед Ким и Блендой, освещаемая ярким солнцем.
Собака улеглась рядом с ней, тяжело дыша.
— Зачем тебе понадобился нож? — начала бабушка.
— Ни за чем, — ответила Ким, дыша открытым ртом.
— Тогда почему он у тебя оказался?
— Чтобы защищаться.
— По-моему, вы решили напасть на Мию, — сказала бабушка. — А что надо сделать, если твоя правая рука соблазняет тебя?
Ким не ответила. Она стояла, упорно глядя в землю. Руки, дрожавшие от напряжения, немного опустились. Горловина и грудь футболки с Леди Гагой насквозь промокли от пота.
— Выше руки, — рявкнула бабушка. — Сами справитесь или помочь?
— Сами, — ответила Бленда.
— Или, может, прибить вам руки гвоздями?
Бабушка обошла их, палкой поправила Ким руку и снова остановилась перед ними.
Бленда пошатнулась и, чтобы не упасть, сделала шаг в сторону. Над сухим гравием стояло облачко пыли, пронизанной солнечными лучами.
— Чем Мия провинилась перед вами? Ты ударила ее лопатой по голове, — сказала бабушка Бленде и переключилась на Ким. — Зачем тебе нож? Ты хотела изрезать Мии лицо?
— Нет.
— Выше руки!
— Не могу, — заплакала Ким.
— Почему вы хотели напасть на Мию? Потому что она красивее…
— Она задумала убить вас, — перебила Бленда.
От духоты, стоявшей в квартире, у Памелы началось жжение в глазах. Она не один час просидела за компьютером, одетая в тренировочные штаны и лифчик. Сегодня Памела взяла на работе выходной, надеясь найти следы Мии в интернете.
Она просмотрела сотни порносайтов, женоненавистнических сообществ, откровенных фотографий, объявлений об услугах проституток и свиданиях с предложением отсосать.
Памела одну за другой просматривала фотографии избитых, выставленных напоказ, связанных девушек.
Мии нигде не было, Цезарь тоже не упоминался.
С чем Памела столкнулась, так это с ужасающей ненавистью к женщинам, безграничной жаждой власти и желанием подчинять.
Памелу замутило. Она встала и вышла в гостиную. Мартин уже закончил рисовать и сидел в одних трусах на полу, забившись в угол.
Мартин обнимал Бродягу и, не отрываясь, смотрел в сторону прихожей.
На коленях и голенях у него расплывались большие черные синяки. Ссадины на предплечьях начали заживать, но обе руки были в бинтах.
Мартин так ничего и не рассказал.
Вчера он явился домой в окровавленной одежде; Памела потребовала объяснить, что стряслось. Но Мартин только прошептал «мальчики» и после этого наглухо замолчал.
— Помнишь, ты говорил, что хочешь еще раз встретиться с тем гипнотизером?
Памела присела перед мужем на корточки, желая, чтобы он не отводил глаз.
— Я знаю — ты веришь, что мальчики преследуют тебя именно из-за этого. Но это же неправда. В реальности они не могут ничего тебе сделать.
Мартин не ответил. Он так и сидел, обнимая пса и поглядывая в сторону прихожей.
Памела поднялась и вернулась в кабинет.
Она запустила установку программы, которая должна была привести ее к нелегальным торговым площадкам Даркнета, и тут у нее зазвонил мобильный.
Звонил Йона Линна.
Памела сразу же ответила.
— Что случилось? — спросила она и сама услышала, какой у нее испуганный голос.
— Ничего, но я…
— Вы не нашли Мию?
— Не нашли.
