— Я не собирался вас спасать, мадемуазель. Но вы находитесь на моей территории, и ваши крики мешали мне сосредоточиться.
Незнакомка снова уставилась на меня огромными глазами, словно пытаясь понять, шучу или нет. Так вот, я не шутил! Наоборот, редко когда бывал настолько серьезен. Действительно помешала. Потому что теперь вариант «лечь и уснуть» придется отменить.
— Простите…
— Вы повторяетесь, — поморщился я.
— Что?
— Говорю, вы повторяетесь. Снова просите прощения. Ладно, давайте покончим с лирическим отступлением и перейдем к делу. У вас есть десять минут, чтобы объяснить, зачем я вам понадобился. Ровно через указанное время я перестану вас слушать и вернусь в башню. Ваши десять минут начались.
— Магистр Вейран! — В глазах девушки снова заблестели слезы. — Прошу, помогите! Меня хотят убить.
— Не вижу логики в вашей просьбе. Если вас хотят убить, мадемуазель, вам стоит обратиться к законникам или, на худой конец, в тайную службу, но никак не ко мне. Пустота не решает подобных проблем.
— Я… прошу справедливости Пустоты.
— Что? — Я уставился на нее.
— Я прошу справедливости Пустоты. Семья моего жениха обвиняет меня в его смерти. Мне нужно доказать свою невиновность, но их влияние в городе слишком велико! Меня никто и слушать не станет. Пожалуйста, позвольте мне войти во врата.
— Еще чего, — фыркнул я. — И не подумаю. Давайте предписание суда, мадемуазель. Тогда поговорим. Пустота не любит взбалмошных девиц.
— Пожалуйста, магистр Вейран!
Она снова грозилась заплакать, а я глядел на нее и не понимал, чего она добивается. Пустить девчонку в пустоту? Она умрет. Там гибли и куда более сильные. Не проще ли нанять хорошего законника, провести расследование и найти убийцу?
— Давайте я провожу вас в светлый магистрат, — мелькнула идея. — Магистр света сумеет разобраться с вашими проблемами.
— Нет! — вскрикнула девушка. — Там мне тоже не будут рады. Я боюсь! Вы же видели, они нашли меня, они повсюду.
И все-таки заревела. Уйти? Да, пожалуй. Но не оставлять же глупышку одну на улице. А девочка упала на колени и закрыла лицо руками. Ее плечи судорожно вздрагивали. Надо, наверное, дать ей успокоиться и поговорить серьезно. Объяснить, что у нее нет шансов. И даже если Пустота примет ее, последствия будут необратимыми. Но разговаривать, пока она рыдает, бесполезно. Поэтому рывком поставил темноволосую проблему на ноги и подтолкнул к воротам.
— Входите, мадемуазель. Кстати, как ваше имя?
— Надин. Меня зовут Надин Альтер.
Надин, значит?
— Сюда. — Под локоток потащил ее к башне. Усилю на ночь защиту. Пусть посидит, подумает. Может, к утру сама угомонится.
Где бы ее оставить? В личное пространство я пускать посторонних не собирался, поэтому остановился на втором этаже. Здесь находились те комнаты, которые были приемными у магистра Эйлеана. Гостиная и кабинет. На диванчике в гостиной вполне можно спать.
— Тут так мрачно, — прошептала Надин, оглядываясь по сторонам. — А кто здесь живет?
— Здесь никто не живет, — ответил я. — Немного пыльно, но уж потерпите. Попрошу до утра из комнаты не выходить, иначе последствия будут крайне плачевными. Уборная налево. Воды принесу. Диван ваш.
— Спасибо, магистр Вейран.
Я отмахнулся и пошел за графином с водой и стаканом, предварительно кинув незаметное заклинание, чтобы предупредило меня, если Надин рискнет ослушаться и покинуть комнату. Но когда вернулся, она сидела на диванчике, уже вытерев с лица потеки слез. Когда не рыдала, она была даже хорошенькой. Не куколкой, которую можно переломить двумя пальцами, а достаточно стройной и статной. Конна каштановых волос рассыпалась по плечам, прикрывая порванное платье. Но какой бы приятной ни была внешность Надин, я хотел одного — как можно скорее выставить ее за ворота.
— Что-то не так, магистр Вейран?
— Андре, — поправил ее. — Лучше зовите меня Андре. Все так, мадемуазель Альтер.
— Тогда тоже лучше Надин. Вы снова помогаете, мне так неловко.
Девушка отвела взгляд. Не простого сословия, это точно. Ручки маленькие, холеные. Один ноготь недавно был сломан — может, не первая встреча с разбойниками? Но видно, что к ручному труду не привыкла. Значит, знатная дама. А что знатная дама могла забыть в башне пустоты? То-то же, ничего!
— Спокойной ночи, — сказал я. — Поговорим утром, если вы не оставите свою глупую затею. А сейчас умывайтесь и ложитесь спать. Вода, правда, только холодная, но уж какая есть.
И пошел прочь. Обернулся только на пороге, чтобы сказать:
— Помните, один шаг за дверь этой комнаты на лестницу — и я не ручаюсь за вашу сохранность.
Обвешал дверь всяческими заклинаниями, прислушиваясь, что происходит за ней. Пару раз слышались шаги, затем все стихло, и я поднялся наверх. О том, чтобы лечь спать, теперь и речи не было. Сложно уснуть, когда голова готова взорваться. Вместо этого я достал визор и написал Филиппу: «Завтра не приходи, занят».
