–Производили установку в ночное время, словно…
–Вороги какие-то!
–Добрые люди ночью за лопату не берутся!
–Одни убийцы и воры!
–Ну они нам и устроили!
–Да что об этом говорить, когда сделать ничего нельзя…
Эмму возвращалась домой с братом и тетей Валей со странным чувством, словно она в этом проигрышном деле сделала что-то нехорошее, когда не сделала ничего.
–Уж что, что, а точно оценивать собственные действия ее научили.
Эмма автоматически переступала ногами, пытаясь вытянуть мозг из такой же отвлеченной абстракции и на этом фоне реальным ощущением чувствовала, как кто-то сверлит взглядом ее спину. Сильно. Эмма даже оглянулась. Но нет, они уже достаточно отошли от человеческой толкучки других спин.
Эмме не удалось вытянуть себя из странностей ни с помощью пляжа, обеда- ужина в семейном кругу, ни с помощью общения с как всегда энергичной Риткой. На пирс вечером она не пошла и даже на улицу не выглянула. Рано легла спать.
Когда Эмме и утром не удалось избавиться от ни на что не похожего гнета с подсматриванием, она подивилась силе наезда уже серьезно. Она навертела боль в шее еще до завтрака, оглядываясь себе за спину. И надолго застряла тетю Валю с делами своими дурацкими разговорами. Артем как раз сегодня ушел в море. Жаль, вот кто умеет поддержать сестру теплой болтовней, когда тоска…тоска…
Эмма вернулась в бунгало и завалилась на кровать.
Следующее, что она в тот же миг увидела, это как чья-то мелькнувшая перед глазами волосатая, явно мужская рука приблизившаяся к ней слева, тут же неожиданно и очень больно… дернувшая ее за волосы. Эмма услышала свой крик, а мимо лица пушась и выворачиваясь, как на сильном ветру пролетела выдранная прядь темных, не убитых укладкой блестящих волос. На рот Эммы все тем же ужасом управляемая, легла узкая полоса скотча. Эмма тут же сорвала ее криком. Обнаруженные завязанными сзади руки помочь не могли. Тут же боль в волосах полыхнула вновь, новая прядь просто упала на колени и две полосы скотча разом легли на рот Эммы. Ей показалось, что ее крик против всех законов природы неумолчен.
Снова боль, боль, улетающие навсегда пряди.
С тремя полосами скотча, Эмма уже не справилась. Крик задавил дыхание. Добрый болевой шок начал отключать мозг. На пороге отключения сознание вдруг все разом прекратилось и Эмма ясно услышала спокойный, если не уставший мужской голос.
–Не доводи до выдергивания головы. Просто уезжай.
* * *
Спустя три дня Эмма уже вполне успешно тормозилась тянуть руки к голове и отдельно – губам и даже, радость ощущая, смогла рассуждать здраво сама с собой, не только прятаться за нормальностью, общаясь с близкими. Прошло время и Эмма почти уговорила себя, по крайней мере делала это все успешней относя пережитую жуть не к реальным событиям, а к чему? Правильно, к дурным сновидениям.
«А что это еще могло быть – хотела бы я знать, – рассуждала крайне здраво мыслящая Эмма – нет тому ни единого доказательства. Несколько раз переклеиваемый скотч, его ведь не ветром унесло? И волосы, если и лезут немного, то не больше обычного.
Но попроси ее ответить по честному и она и сейчас заявила бы, что как объяснить не знает, но волосы у нее драли по живому.
Эмма брала себя в руки, позволяла утверждающие прикосновения и вопросы не задавала.
«Придется ввести ночные и утренние купания, – сказала себе Эмма – нервная система прохладной водой быстрее и надежнее от страхов отмывается.
–Если у тебя только не серьезное психическое заболевание.
–Молчать!
–Да я и так молчу…
* * *
Утром сельский ветер гулял с подвоем по плодовому саду – нагонял свою порцию хандры и даже доносил неуютные звуки до пляжа. Но воздух не охлаждал, ломая осенний стереотип.
«Сегодня что, воскресенье? – протянул Артем, переваливая свое юное красивое тело с одного бока подстилки на другой – Народу нанесло…
«Ага» – отозвалась отвлеченно Эмма.
Третий член сегодняшней компании – Ритка промолчала, она пожирала глазами красоту и доступную наготу. Иногда ее глаза блаженно закрывались, но тут же снова распахивались, не желая терять объект прекрасного созерцания ни на миг.
Ритка нервничала с левого бока от Артема, в противодействию напряженно дубовой спиной. Тело ложиться на пляжную подстилку категорически отказывалось. Нет, в другой ситуации и комплектации, конечно.
–Размечталась. Ох…
«Ритка, хочешь, дотронься, – предложил благодушный Артем, перехвативший ее уже двадцатый сумасшедший взгляд – давай не стесняйся, мы же друзья.»
«Тёма, хорош! еще создай общество помощи соискательницам» – подала голос Эмма, с удовольствием отвлекаясь от своих мыслей.
–Да, ладно, жалко тебе что ли… «А ты чего молча страдаешь – уже к Ритке – все это в ту же минуту… или сколько времени на уединение требуется, будет твоим, только слово скажи.
–Тём!
А что? «У вас говорят, – что естественно, то не позорно.» Ритка, соглашайся!
–Тём!
Ритка проглотила слюну: «Да, твоим. На пару месяцев, а то и меньше. А потом?
–А ты хочешь на всю жизнь?
–А как же?!
–Милая, это утопия. Будь реалисткой. Бери на сколько дают.
–Так, народ, я вам не мешаю?
«Нет!» – на полном серьезе дружно кивнули обе спорящие головы.
