–Вы пространство вокруг себя греете, и так жара.
–Правда, народу полно. И от машин совсем дышать нечем.
–Может пойдем прошвырнемся?
–Это куда, в березовую рощу, то есть – сосновый бор, вдвоем?
–Нет, ты слышала? Вон как часто девушек в лес зовет, аж зарапортовался. Больно слушать. Прекрати!
–Как скажешь, милая, но пойми, время идет. Мы просто уедем.
–Вот видишь, сестренка, как ты можешь помешать, если эта девушка – твоя подруга сама не знает, чего ей надо.
–Слышьте вы, может о чем еще поговорим? Пока не испепелились.
–О чем?
–Ну, например, об этом Власе.
–А, передумала, хочешь поближе познакомиться?
–Нет, я про дядю, якобы колдуна.
–И это – называется – о чем другом?
«Ааа, – Ритка похлопала глазами, с трудом заворачивая тему – Влас не якобы, а настоящий колдун»
–Откуда такая уверенность?
–Оттуда, что он, правда, седьмая вода на киселе, но тоже из наших мест и мало того – нашей Агафье дальний сородич.
–Ты так думаешь?
–Почему только думаю. У народа память длинная. Прапрабабка его первым удалением замуж вышла отсюда за десять верст – это тебе каждый скажет. И родные какое-то время близкую связь держали. Дальше в позапрошлом уже поколении, считай, почти не виделись. А несколько лет назад Влас нашу Агафью, что называется, по новой нашел. И она радовалась ему – родной крови и тоже сильному ведуну. Говорят – очень интересные беседы у них велись. Но постепенно Агафья стала вникать в жизнь сородича и выяснила, в какую чернуху тот влез! Что дела богатым городским клиентам устраивает за счет любых других людей и за судьбами его руками загубленными не смотрит, про помощь им уж не говоря.
–Нет, все просто, неси денег побольше и он неприятность в обратную сторону завернет. Любую долго- или сколько денег – играющую пластинку включит, только плати!
Агафья, даже правильные поступки в однозначной ситуации совершать страшившаяся, конечно, пришла от такого в полнейший ужас. Тянула сородича, заблудившегося в темноте обратно к свету, как только могла. Но… даже когда предрекла ему скорый страшный конец, не испугала. В общем…
–Думаешь, теперь он на самом деле ну… совсем пропал?
–От пророчества Агафьи он по нашему соображению уже годы переходил.
–Сильный, ничего не скажешь
–А если…
–Девчонки, хорош на сегодня про колдунов. Вам может по барабану, а я боюсь. Пошли к Пипу что ли, прогуляемся.
–В такую-то жару?
–Байк у Паши возьмем.
–Вместе с хозяином?
–Всех перевезем. Если сейчас хорошо где, так это на ветерке. Причал повыше будет и…
–Главное, в начале и на нашем родном пляжу не так жарко было. Ритка, все из-за тебя!
–Ага, вали чужой автопарк на меня.
–В итоге, несмотря на знойную погоду, прогревающую кости внутрь на пирсе собрались почти все.
–Пип оглядел несанкционированное дневное сборище.
–Чего так рано подтянулись? На приключения потянуло? Или в природе что тревожное?
–Да какие у тебя тут приключения.
–Не скажи. Тут почти каждый выходной что-то буйноватое случается. Троян не даст соврать.
–Ну и что сегодня случилось?
–В том и дело, что пока ничего.
–Значит…
–Ну да…
–И как это увидеть?
–Держи глаза открытыми.
–Давай попробуем.
Народ начал было рассаживаться прямо на край свободного причала, глядя на море через решетчатую дверь. Но потом обозрения ради ударная группа отошла на возвышение к сторожке. Девушки уселись на три пологие ступенечки, к ним ввинтился Артем – положением сразу под Надеждой, ниже него попала Ритка. Случайно, наверно.
Визгу было много, противодействия никакого. Хотя любая из крепких местных при желании легко отправила бы нахала минуя дверной новодел и даже пирс с яхтами, сразу в открытое море.
Парни расположились внизу, обсуждая по городскому наглого и оборотливого Артема. Особенно им возмущался местный прикольщик и страдалец – Тиша.
Артем отшучивался с помощью местных присказок – типа: «Кто смел, тот и съел. И отсебятины – а вам слабо обжиматься сразу с тремя девушками да еще в своеобразно тесном, разно уровневом контакте.»
Эмма послала Артему выразительный взгляд – типа: «Смотри, набьют тебе лицо, не девчонки, так парни – додразнишься.»
На фоне тихой вошкотни звуком другого эмоционального настроя охнула Ритка.
Так или иначе, все расселись и принялись ожидать какой никакой заварухи, внимательно обозревая пирс и стараясь, чтобы зрение дотягивалось дальше.
На пирсе сейчас оставались всего две яхты, обе с левой стороны. Остальные богатеи вышли в море.
Погода стояла отменная, самая подходящая для морской прогулки в поисках освежающего ветра. Ближайшая из просматриваемых новенькая яхточка тоже собиралась на большую воду.
Народ во главе с Пипом дружно заулыбался, увидев как лихо упитанный яхтсмен, красуясь перед своей прекрасной спутницей, пытался отдать швартовые. И едва не ухнулся за борт в самое опасное место после винта место – между пирсом и бортом яхты. Вскрикнула испуганно одна Надежда.
Это был единственный раз, когда незнакомая присутствующим красавица оживилась лицом вне остальных моментов, когда явно свежий яхтсмен и едва не свежий покойник на нее смотрел.
Игра контрастов выглядела настолько явно и красноречиво, что народ принялся хихикать.
