Сегодня можно было не оглядываться на Рейтинг. В Универсальное Рождество принято вспоминать о семье, рассказывать истории из прошлого, общаться со своими стариками. Моего дедушку по маминой линии, к сожалению, подкосил Альцгеймер, а потому он находился в доме престарелых. С бабушкой случилось кое-что похуже, но об этом в семье не было принято говорить, а родители папы уже умерли.
Утром я встретилась на городской площади с Амалией. Сейчас было самое время покататься на коньках, слепить снеговиков из искусственного снега и пообщаться с друзьями. У Амалии было немного свободного времени. Из соседнего Зеленого города к ней каждое Универсальное Рождество приезжали с десяток двоюродных братьев и сестер. У них был Рейтинг пониже и семьи попроще, чем у нас, но Амалия любила проводить с ними время.
Когда я преподнесла Амалии плоды своих трудов в виде смонтированного фильма о Трущобах, та подняла радостный визг. Это стало для меня подтверждением того, что подарок удался. Мне она подарила огромный стеклянный шар, вот только снег в нем падал над многоэтажным городом, в крохотных окнах которого горел свет. Амалия перерыла весь округ в поисках подобного раритета. Нашла на барахолке на окраине и потеряла десятую пункта своего Рейтинга, пока искала его.
– Нравится? – спросила она меня. Я поближе рассмотрела крохотных человечков, которые сидели в старомодных машинках, нагруженных елками. Фары у машин тоже светились. Казалось, что они все пробирались сквозь метель.
– Очень! – честно ответила ей. Передо мной был другой мир, более далекий, чем поверхность Луны, более недоступный. Я бережно упаковала шар обратно в коробку, обняла на прощанье подругу и отпустила ее к шумным родственникам. Жаль, у меня только тетя Фрейя, да и та убежденная чайлдфри, а у папы братьев и сестер нет.
Вечером этого же дня я получила неожиданный подарок от сестры Тео. «Выходи из дома, у меня для тебя кое-что есть». – Увидела я сообщение, когда помогала маме украшать елку сотней стеклянных шаров, расписанных изображениями лесных зверят.
– Мама, я на минуточку, – сказала я. Мама только кивнула, полностью увлеченная своим занятием в попытках повернуться так, чтобы поймать свое отражение в стеклянных шарах. Она немного нервничала, потому что знала, как ее сегодня оценивали Зрители. Во время Универсального Рождества отключался Рейтинг. Никто точно не знал почему. Романтичная версия этого была такова, что в Универсальное Рождество люди должны видеть друг друга такими, какие они есть, а не романтичная – что в этот праздник запускалась диагностика и обновлялась система.
Анастасия ждала меня на обочине, восседая на своем металлическом коне. Она, как и всегда, выглядела круто. Красная шапка с белым помпоном напоминала о Санта-Клаусе. Волосы ее были окрашены в серебряный цвет и переливались от света многочисленной иллюминации, которую мама установила с внешней стороны дома. Я порывисто обняла подругу, искренне произнося:
– Ты потрясающе выглядишь!
Анастасия рассмеялась:
– Кто бы говорил, красотка! Это тебе. С Универсальным Рождеством! – она передала мне маленькую красную коробочку, перечеркивая этим простым жестом недели игнорирования, и я почувствовала себя настоящей скотиной. В коробочке оказался кулон, похожий на тот, который я бы подарила Мист, только был он зеленого цвета.
– Какая красота! – восхитилась я, и почувствовала, что провалюсь сквозь землю от стыда, если не подарю ей ничего взамен. К счастью, подарок для Анастасии у меня был. Я наклонилась к подруге и прошептала:
– В городской библиотеке Слепая зона. Всегда.
Брови Анастасии удивленно поднялись. Она широко улыбнулась:
– Вот это подарок! Лучший! Ведь ты это мне хотела сказать, когда Тео начал встречаться с той девчонкой из группы поддержки?
Я смущенно опустила взгляд. Откуда Анастасия узнала о моих чувствах к ее брату? Она поняла все без слов и сказала:
– Ладно, Гель. Я же не слепая, а вот мой братец, кажется, да. Ты потрясающая.
Анастасия еще раз меня обняла, пожелала счастливого Рождества и уехала на байке. Она уже вовсю спешила поздравить друзей. Ее красный рюкзак был полон подарков.
Когда я вернулась, родители разливали шампанское по высоким бокалам. В этом году и для меня полагался бокал алкогольного напитка, что добавляло мне чувства собственной значимости. Яркий зеленый кулон, так подходящий к глазам, красиво искрился в свете свечей.
Каникулы прошли замечательно. Родители укатили на поезде в соседний Зеленый город кататься на лыжах. Меня предлагали отправить на море в лагерь, но я отказалась, аргументируя тем, что хочу последние каникулы провести со школьными друзьями до того, как нас раскидает по разным университетам. Мне хотелось поваляться в кровати за просмотром фильмов, попить кофе в компании Амалии и, быть может, встретиться с Анастасией. Последняя согласилась на встречу только в Джаз-Поэт клубе, и, хотя мне было боязно оказаться там из-за всей этой суматохи вокруг Локи, я приняла ее приглашение. Тем более прошло столько времени.
