«Нет, вовсе нет…» – отчаянно покачала головой Софи, быстро продолжив – «Я просто исполняла свой долг – я убивала людей, следуя приказам других. Мне больно говорить это, Падре, но каждый раз я верила – искренне верила, что поступаю правильно. Верила, что каждый раз спуская курок пистолета, я предотвращаю ещё большее – намного большее зло…».
«И что же заставило Вас утратить веру?» – тихо переспросил священник, ошеломлённый подобным откровенным признанием.
«В один момент я поняла, что меня просто используют – используют втёмную, заставляя убивать – и убивать отнюдь не ради общего блага, а ради чьих-то корыстных низменных интересов…» – медленно произнесла Софи, подавленным голосом добавив – «Я знаю, знаю, что убийство человека – каждого человека этой грех. Тяжкий грех…».
«Однако Вас беспокоит отнюдь не это?» – мягко с пониманием уточнил служитель.
Девушка, быстро вскинув взгляд на решётку, до боли прикусила губу, после чего коротко кивнула, едва слышно добавив – «Больше всего меня тяготит, Падре, то, что я не знаю, сколько крови, ни в чём не виновных людей, осталось на моих руках…».
«Сделанного уже не вернуть…» – спокойно произнёс собеседник.
«Я знаю…» – покорно произнесла Софи, с надеждой в голосе продолжив – «Сможет ли Святая церковь когда-нибудь отпустить мне этот грех?».
«В ходе своей… работы Вам, случайно, не доводилось убивать епископов?» – деликатно поинтересовался священник.
Опешив от подобной постановки вопроса, девушка быстро ответила – «Нет, что Вы, Падре – никогда!».
«В этом случае, отпущение грехов церковью вполне возможно, ибо Ваши грехи, несмотря на всю их тяжесть, не ставят под сомнение основы веры и не подрывают устои Святой церкви…» – лаконично признал служитель, мягко поинтересовавшись – «Впрочем, это ли Вам, действительно, нужно? Принесёт ли эта небольшая клерикальная формальность покой и умиротворение в Вашу мятущуюся душу?».
«Падре, я… я не понимаю…» – с удивлением широко раскрыв глаза, произнесла Софи.
«Все люди делятся на тех, кто покорно и беззаботно внемлет окружающей действительности, каждую минуту с удовольствием упиваясь жизнью во всех её многогранных проявлениях и искренне надеясь на то, что именно так и должно быть, на то, что так будет продолжаться всегда…
