Кто она? Я уже знала, что это женщина, а не дух Хаоса. Вот только кольцо у неё на руке — в форме змеи, кусающей собственный хвост.
Я где-то такое видела.
Лёжа на полу после очередной смерти, я поняла, где. У Бенедикта. А вспомнив, я вновь нырнула в зеркало, не дожидаясь Севера.
И снова Моргет, опять его холодный голос, вкрадчивый и непонятный. И та фигура в плаще.
Время для меня словно остановилось. Я вгляделась в зелёные глаза, застланные слезами. Почему ты плачешь? Почему так и не говоришь ни слова, словно боясь открыться тому, кто сейчас перед тобой. Мне…
И опять взмах рукой, так медленно, словно этот жест растянулся на года. Север уже умер в очередной раз, а через пару секунд должна умереть я.
А вот и кольцо. Кольцо, принадлежащее Бенедикту. Ладонь перед моими глазами, и короткий, всего в сантиметр, шрам чуть выше запястья, возле большого пальца…
Взрыв совсем рядом с собой и странная смерть, словно наполовину, торжествующий крик…
Я ощутила холодный паркет по щекой. Из глаз медленно катились слезы.
Я поняла.
Нужно уметь смотреть правде в глаза, даже если эта правда очень больно бьёт. Ведь та, которая убила меня и убила Севера… Я взглянула на свою левую ладонь и пальцем другой руки потёрла короткий, но толстый шрам на руке, моё напоминание о том, что мне пришлось перенести.
Это я…
Давление поднялось, в глазах опять потемнело. Но я встала, впервые подчинив себе боль, а метавшееся сердце быстро успокоилось. На полу лежал Север, ещё не пришедший в сознание после возвращения. Со сложным чувством, словно увидев его впервые, я всмотрелась в его лицо. Интересно, что он сделает, если узнает, что в будущем его убью я?
Взгляд упал на картину с семьёй Сева. А что если…
Меня там не было, в том воспоминании, но я могу попросить зеркало показать мне, что произошло, что случилось тогда, больше десяти лет назад, раз Сев пытался покончить жизнь самоубийством, стоя на рельсах. И почему они с Даном стали врагами.
Я коснулась гладкой поверхности зеркала и отправилась в прошлое, а через несколько секунд вернулась, уже зная обо всём.
Все мы храним тайны. И эти тайны у каждого свои, какими они бы ни были — страшные и не очень, большие и меленькие, а может быть чужие… У каждого — своя тайна, свой скелет в шкафу.
Часто это то, о чём мы не хотим вспоминать, то, о чём хотим забыть.
Но жизнь — не альбом с фотографиями. Не сохранишь памятных моментов, не вырежешь лишнего, не подретушируешь оставшегося, можно лишь загнать подальше в подсознание, но правда всё равно покажется, во снах, в бреду, в пьяных сожалениях. Наши тайны вместе с нами.
Я не знаю, что правит судьбами людей. Что подталкивает к пропасти, кто заставляет сделать последний, роковой шаг. Наверное, мы сами в этом виноваты. Мы сами выбираем свой путь. И я сделала шаг, который, как взмах бабочки в одном полушарии, вызвал цунами в другом. Даже не желая узнавать тайну Севера, пытаясь просто понять причину натянутых отношений с Даном, я влезла не в своё дело.
Четырнадцать лет назад в семье Севера произошло то, что потом стало его тайной.
На свете много тех, кто не подходит под рамки «добра». Всех можно оправдать и очернить, были бы аргументы, но тех, кто ради наживы и ради мести убивает невинных детей…
У меня до сих пор стоит перед глазами та кровавая бойня, те шесть извергов, отец Севера, пытавшийся защитить свою семью. Они убили его. Те люди на глазах Сева надругались над его матерью и маленькой сестрой, ребёнок не выжил, женщина сошла с ума. А Север превратился в демона.
Он стал некромантом, и те шесть людей стали его первыми жертвами. Он убивал их долго, месяцами, мучил. Я на всю жизнь запомню обрызганную кровью бледную кожу и глаза, похожие на черные дыры, когда он расправился с последним. Это уже был не ребёнок. Это было исчадие ада.
Потом, он понял, что сделал, а может, и нет. Но он сбежал в наш мир, пытался жить и забыть всё, похоронить в памяти. С Даном они были лучшими друзьями. Север скрывал свою силу, но прошлое тяготило его, вот тогда-то он и попытался покончить с собой. Спасла его я. И я открыла ему тайну Дана, тайну, что он венеф. Это из-за меня Дан понял, что его лучший друг инкантар и предал его. Это я разорвала их пути, это я толкнула Сева обратно, заставила вернуться в орден, это я связала в одну наши судьбы.
Виноватых нет. Правых тоже. Мне жаль тебя, Север…
Я сидела в кресле, молча следя за язычками пламени в камине. Не было состояния умиротворённости, скорее тяжёлая апатия навалилась на плечи, делать ничего не хотелось, особенно после всего, что я узнала. Странно было осознавать, что где-то рядом, совсем недалеко притаился дух, живущий с мыслью нас убить, где-то меня ждут друзья, и я сама — частица этого мира и что-то для него значу.
Сейчас цели не было. И мыслей тоже. Наверное, это шок, неспособность принять всё как целое, сознание упорно считало происходящее сном.
