— Интересно, о чём же ты не знаешь. — риторически заметила я, надеясь, что Вадим будет молчать о своих знаниях.
— Не переживай. Мне просто любопытно.
— Тогда зайдёшь после того, как позавтракаешь, ко мне в комнату. — я захватила с собой ещё одно яблоко и вернулась в свою обитель, оставив Вадима одного.
Явился он как раз в тот момент, когда я, устранив в комнате лёгкий беспорядок, сидела за столом и изучала движущиеся руны на поверхности жезла. Как только он вошёл, я заставила жезл вытянуться в меч, радуясь, что у меня получается совершать маленькие чудеса, противоречащие обычной логике.
— А ты, оказывается, художник. — заметил он, разглядывая картину над кроватью, которую я успела повесить. Откуда Вадиму было известно, что её автором являюсь я, даже догадок не было.
— Наверное. — согласилась я, протягивая ему меч, но он не стал его брать, разглядывал на расстоянии. Спросив, почему он так себя ведёт, я получила интересный ответ.
— Ты, скорее всего, не заметила, но этот артефакт для личного пользования. Твоего пользования. Как он поведёт себя у меня в руках, я предсказывать не берусь.
— Откуда такая уверенность?
— Можешь попробовать надрезать палец? — ответил вопросом на вопрос Вадим, присаживаясь на свободный стул.
— Зачем? — немного испуганно покосилась я на острое как бритва лезвие.
— А ты просто попробуй. — обхватив колено, предложил он, внимательно следя за моими действиями.
Я вздохнула и осторожно провела по безымянному пальцу лезвием, затем надавила ещё сильнее, но меч, на глаз казавшийся острейшим, на ощупь был совершенно затупленными.
— А теперь лист. — Вадим с лёгкой улыбкой подбросил в воздух бумажный самолётик, который успел сложить. Поймав его на лезвие, я с лёгкостью срезала крыло.
— Это как? — ошарашено присев рядом с потерпевшим крушение самолётиком, спросила я.
— Эффект привыкания. Этот меч не причинит тебе никакого вреда, зато всем остальным не особо поздоровится. Я бы на твоём месте попытался бы расшифровать руны на его поверхности, чтобы понять, что он означает.
— В ближайшее время займусь. — пообещала я, осторожно положив меч на стол, подняла с пола самолётик. — Что ещё интересного можешь сказать насчёт него?
— Пока не знаю, — Вадим задумчиво почти коснулся меча, неопределённо хмыкнул, — мне очень интересно, как у тебя вышло сделать его таким…
Я хотела спросить каким, но вспомнив момент создания и всем телом ощутив пульсирующую боль от пореза в руке, промолчала. Вместо этого поинтересовалось:
— А ты увлекаешься артефактами?
— Скорее оружием. Ещё когда я почувствовал используемую тобой силу, я заинтересовался тем, что ты создала, а когда узнал, что у полученного жезла есть вторая сущность меча, решил посмотреть. Я сначала думал, что произошло что-то опасное, но теперь вижу, что с домашним заданием ты справилась, немного необычно, конечно. Ты делаешь успехи.
— А кому нужны наши успехи? Для чего нас готовят? — замиранием задала я давно волновавший меня вопрос, даже дыхание затаила, не ожидая, что смогу зайти так далеко.
— Всему своё время. — Вадим покачал головой. В его интонации прорезалась сталь, было понятно, что на эту тему он разговаривать не хочет. Пришлось прятать своё любопытство в дебри подсознания.
— А твоя катана тоже артефакт? — поспешила я сменить тему, вспомнив свой первый день здесь.
— Не совсем. Для венефов — обычный меч, для инкантар — смертельное оружие. Он противоположен их сущности.
— Сам его создавал? — поинтересовалась я, разглядывая руны на своём мече. Они беспрестанно менялись, иногда превращались в иероглифы, иногда — во что-то похожее на клинопись, иногда мелькали греческие буквы, но они быстро исчезали.
— Достался по наследству.
— Наверное, спрашивать от кого бесполезно? — я улыбнулась, не ожидая ответа.
— Почему же. — Вадим пожал плечами. — Никакой тайны, достался от д… — тут он споткнулся, внимательно глянул на меня, и быстро произнёс, — хотя ты права, спрашивать бесполезно, ты всё равно их не знаешь.
Я открыла было рот, чтобы задать очередной вопрос, но не стала. Похоже, с тайнами мадридского двора делиться никто не желал даже под страхом смертной казни. А значит, если уж мне так любопытно, придётся разведывать всё самой. Кажется, Вадима посетили те же мысли, но запрещать он мне ничего не стал, лишь предложил.
— Хочешь взглянуть?
— Была бы не против.
В комнате у Вадима я была впервые, и впечатления получила противоречивые. Место постоянного проживания она мало напоминала, скорее Оружейную палату, внушительные коллекции колюще-режущих предметов украшали стены, были и доспехи, но скорее всего японские, периода сёгуната Токугава.
