Ива оделась к вечеру с особой тщательностью. Чёрное платье облегало её хрупкую, как у подростка, фигуру, а сверху была наброшена почти прозрачная чёрная муслиновая накидка со стеклярусом по вороту. Маленький чёрный тюрбан, как обычно, бережно обнимал её головку. Никаких украшений, кроме эгрета в тюрбане, на Иве не было, зато эгрет тревожно, как божественное око, сиял холодным сапфиром.
– Печально сознавать, что вы нарядились так изысканно к приходу полуживого бессмертного психопата, – недовольно пробурчал Суон, бросая внимательный взгляд на всё это великолепие.
– Не ворчите, Суон, – без церемоний откликнулась Ива. – Пойдёмте, я покажу вам гостиную. Дверь вот здесь, – она отвела створку ширмы с резвящимися китайчатами, и Суон увидел тонкую дверь тёмного морёного дерева.
– А теперь пойдём. У нас много времени, Алоиз подаст что-то вроде лёгкой закуски, и мы успеем ещё раз всё обсудить.
Когда Алоиз появился с подносом, Суон сообщил ему о задании на вечер:
– Запомните, сэр, вы должны оставаться в приёмной и не подниматься наверх ни в коем случае. Ни в коем случае, вам понятно? Что бы ни случилось! Если всё будет идти по плану, то мисс Ива соблаговолит проводить его светлость, и скажет что-нибудь вроде «Благодарю вас за визит» или что-нибудь ещё в таком духе. Если Карниваль вознамерится покинуть дом прежде, чем мы сочтём это необходимым, он, разумеется, будет спускаться в одиночестве. Вы должны будете задержать его, а я приду к вам на подмогу. Ясно?
Алоиз одними глазами справился у хозяйки, стоит ли ему принимать распоряжения инспектора, и, получив утвердительный кивок, ответил с готовностью:
– Да, сэр. Всё исключительно понятно.
Ива, казалось, не волновалась вовсе, но Суон всё же заметил, что тонкая жилка на виске, убегающая под атласный тюрбан, часто подрагивает.
Ровно в семь часов, когда на каминной полке гостиной мелодично прозвенели фарфоровые часы, внизу раздался стук дверного молотка. Через минуту Алоиз вошёл в ателье и сообщил о прибытии Его Светлости.
– Ступай, ты мне сегодня не понадобишься, – нарочно громко сказала Ива.
– Я думаю, мне нет нужды представляться, – надменно произнёс Карниваль, останавливаясь перед козеткой. Он был одет безупречно, словно только что покинул свой особняк на Вестминстерской аллее, но сухая желтизна его кожи и лихорадочный блеск в глазах говорили о самом ужасном состоянии организма.
– Конечно, лорд Карниваль, я прекрасно помню вашу неоценимую помощь на сеансе у графа Бёрлингтона, – Ива протянула Карнивалю руку и, после церемонного приветствия, показала на сидение по другую сторону козетки. – Что вас привело ко мне, милорд?
– Я пришёл, чтобы заключить с вами договор. Договор двух здравомыслящих людей. Вы умеете видеть, а я могу щедро заплатить за нужные мне сведения.
– Я слышала об ужасном пожаре в вашем доме. В газетах пишут, что ущерб колоссальный.
– Я не настолько беспечен, чтобы хранить все яйца в одной корзине, – сухо парировал Карниваль.
– Значит, ваше состояние не особенно пострадало от пожара? – с радостью откликнулась хозяйка ателье. – Приятно слышать, милорд! Что же вы хотите мне предложить?
Суон прекрасно слышал, что голос Ивы звучал уверенно. Она вела беседу вежливым, немного ленивым светским тоном.
– Вас устроит тысяча фунтов стерлингов, мадам? – поинтересовался Карниваль высокомерно.
– Тысяча фунтов? Это совсем немного, учитывая странные обстоятельства вашего дела, милорд. Ведь вас считают погибшим!
– Погибшим! – желчно усмехнулся Карниваль.
– О, да, это для вас должно быть забавным… – реплика Ивы звучала так двусмысленно, что в ателье повисла пауза. Суон положил руку на ручку двери, но через мгновение раздался голос Карниваля:
– Нет. В первую очередь я нахожу это весьма полезным для себя.
– В таком случае, мы договоримся о стоимости моей услуги, когда я вполне уясню себе её суть.
– Вы довольно практичны для своего ремесла, мадам. Хорошо, пусть будет так. Мне нужно найти одну вещь. Вы знаете, что я увлекаюсь древностями, моя коллекция почти завершена, и мне необходим только один предмет для того, чтобы получить совершенное собрание.
– Нет, милорд, – мягко, но убедительно перебила его Ива. – Вы можете рассказывать эту басню дилетантам – любителям древностей и бедствующим археологам, но вы пришли ко мне. Извольте говорит правду, коль скоро вы сами сказали, что я наделена даром видеть истину.
– Хорошо. Что же вам известно? – напряжённо спросил Карниваль.
– Достаточно, чтобы сказать, что тот предмет, который вы разыскиваете, находится у меня.
– Что? Зеркало – оно у вас? – захрипел лорд, хватая воздух сухим ртом.
Ива поднялась с козетки, подошла к камину и взяла с мраморной полки алый свёрток.
– Да, оно у меня. Я продам вам это милое зеркальце, если вы ответите мне на несколько вопросов. Нет-нет, не двигайтесь сейчас, я не позволю вам прикоснуться к нему.
