—
—
—
—
—
Вадим очнулся, когда в его сознание проник голос Феликса:
— После смерти Лурье владельцы изготовленных им зеркал стали замечать мастера в глубине зеркала, словно он оттуда за ними тайком наблюдал. Они начали избавляться от этих зеркал, а затем — скоропостижно умирать! Их жизнь оказалась тесно связанной с сохранностью этих зеркал. Уже во времена Директории был принят декрет, по которому все зеркала, изготовленные Лурье, подлежали уничтожению, но хозяева стали их прятать — своя жизнь дороже. Все, кому предрек смерть Лурье, погибли на гильотине вскоре после его гибели во время термидорианского переворота[33].
Посетившие Вадима картинки были очень реалистичны. «Неужели я заснул и все это мне приснилось?» Персонажи его видения разговаривали на французском, и он прекрасно их понимал. В средней школе он изучал французский язык, но его знания языка были далеки от совершенства. В институте Вадим стал изучать английский, и за время своих путешествий освоил его до уровня хорошего разговорного, а вот французский он порядком подзабыл.
«Интересно, что по поводу моих видений скажет Лера?» — и Вадим с опаской посмотрел на зеркало, в котором отражались он и Феликс.
— Как тебе такая история? — с усмешкой спросил Феликс. — Через неделю я смогу забрать у тебя зеркало на реставрацию, думаю, она займет не меньше двух недель. Это кропотливая работа, придется подбирать состав лака для покрытия, зато трюмо у тебя будет как новенькое.
— Я собираюсь его продать. Ты мог бы помочь мне найти покупателя? У тебя же немало знакомых антикваров.
— Если не боишься проклятия, то помогу.
— Чего я должен бояться?