– Потому что от наркоты не дохнут сразу. От синтетики – у нас были бы шансы, а естественные наркотики – до десяти лет. Он все равно помрет, но до того нагадит по полной программе. Сейчас он употребляет, я так понимаю, каннабиноиды, только перешел с легких на тяжелые, а если добавит еще опиаты, или галлюциногены, или ту же коку… знать бы, есть ли она здесь… ладно. Это чего хорошего не доищешься, а вот пакостей – запросто. Примем, что есть. И писец Лоранову головному мозгу.
– Но Лоран ведь мог и раньше… сторчаться? Почему нет?
Матильда прикинула возможные причины. Думать пришлось недолго.
– Сколько этот гаврик сидит в Донэре вместе с твоей мачехой?
– Да почти со свадьбы… Ой!
– Вот. Своих денег нет, в столице скандал, твой отец тоже вряд ли родственника сильно спонсировал, хорошо хоть, не гнал. А сейчас он у себя в руках деньги и власть почувствовал, вот и развернулся во всю мощь. Лорена за него, ты тоже не отбиваешься – гуляй, рванина!
Мария-Элена засопела, как обиженный ежик.
– И что ты предлагаешь сделать?
Матильда вздохнула.
– Убить не предлагаю. Хотя все равно этим кончится. Лорана уже не спасти.
– Ты бы смогла его убить?
– Почему бы нет? Яд у нас уже есть.
– Тильда!
– Успокойся, Малена, обойдемся без этого греха на душе. Сделаем все проще и элегантнее.
– Как?
– Спровадим твоего дядюшку в психушку. Есть здесь такие?
– Нет.
– А что есть?
– Богадельни. Туда можно поместить родственника, и если будешь платить, то хоть навеки.
– Для этого нужно – что?
– Деньги. Ну и свидетели неадекватности поведения, как-то так.
– Угу. Если Рисойский с голым задом будет прыгать по площади, а потом залезет на памятник и наложит там кучу, это подойдет?
– Матильда, а ты так сможешь?
– Нет. Но Лоран – сможет. Передавай мне управление, мы идем беседовать с дядюшкой.
Так Малена и сделала, искренне рассчитывая на Матильду. А Матильда, в свою очередь, рассчитывала на купленный еще в Винеле гербарий. Вы не знаете, как действует на организм человека акация? Можно обыкновенная? А мухоморчики? А кактус с красивым названием лофофора Уильямса (мир праху твоему, о Кастанеда)? Пейот даже в Америке культивировать запретили, а здесь он есть! Матильда сама покупала!
Правда – горюйте, дорогие наркоманы, горюйте, если лофофора выросла не в Мексике, то фиг вы из нее добудете, а не наркотики. Хоть как извратитесь, но будет вам ночь экстаза – на унитазе. Так что ценное растение Матильда на дядюшку переводить не будет. Перебьется, паразит. А вот акацию и мухоморы…[13]
Лорана Матильда нашла как раз в столовой – и атаковала. Пока он там один! Ура!
– Дядюшка, так дело не пойдет.
– Да? – искренне удивился Лоран. – А в чем, собственно, проблема?
– Не знаю, как вас, а меня не устраивает муж, который проводит все ночи вне дома.
– Мы ведь еще не женаты.
– И не поженимся?
– Хоть завтра, – выпятил грудь Лоран. «А хорош, паразит. Не отнять! Даже жалко такого… ладно, он бы нас не пожалел, соберись, Тильда!»
– За разрешением – к королю. А до той поры… может, вам начать сидеть по ночам дома? Мало ли где вас увидят? Мало ли что подумают и донесут?
Идея была здравой. Только вот где альтернатива? Да и от наркоты отказываться не хотелось…
Матильда «давила», Лоран изворачивался, и в итоге дядюшка с племянницей пришли к соглашению, что он себе оборудует подобие мужского клуба – здесь. Приглашать никого не будет, ладно уж, но курительную устроит. Матильда поломалась для приличия еще с полчасика и согласилась. Приказала Аманде выделить деньги и радостно потерла ручки. «Все, Лоран, ты попал.
Подсыпать тебе мухоморчиков – и выпустить на улицу. И точка.
Пара дней, больше тебе не понадобится, чтобы оборудовать курительную комнату на дому, доставить наркотики из притона, ну и покурить первый раз. А потом…
А потом – суп с котом. То есть – с Рисойским».
Живот практически не болел. Жизнь вообще была неплохой штукой.
Давида она расспросила, вежливо и аккуратно, и в четверг удрала из дома. К дяде Вите.
Кто такой дядя Витя?
Это отдельная песня. Лесник он. И какой!
Хоть и трудна жизнь двух женщин, у одной из которых три ребенка, а у второй одна, но внучка, а детей-то побаловать хочется. К примеру, вывезти в лес на шашлыки. К речке, чтобы мелочь побесилась, костер разжечь, картошку испечь…
Вот к костру и выбрел дядя Витя. И сильно заругался, чтобы не спалили лес. А потом присел к костру, поболтал с бабушкой Майей, с тетей Варей, ну и постепенно – сдружились. Не пьяные ж гопники в лес приехали, а женщины с детьми, различать надо.
Рассказывать о дяде Вите можно было многое, но Малену интересовали две вещи. Первая – пасека. Дядя Витя уже несколько десятков лет разводил пчел, за медом к нему ехали со всей области, и мед у него водился самый диковинный – пасека-то в лесу. От белого до черного. Как хороший хозяин, он не разводил полезный продукт и не прикармливал пчел сахаром, что по нынешним временам считалось дивом дивным.
