Талахасси еще тащилась по лестнице. Весь мир сузился до этих грубых ступенек. Наконец, появилась площадка. В стене направо, чуть ниже глаз Талахасси, было смотровое отверстие, откуда шел бледный свет. Она смогла увидеть лишь малую часть того, что было за стеной, но и этого оказалось достаточно, чтобы подбодрить ее: перед ней был внутренний двор, в который выходили окна личных комнат Налдамак во Внутреннем Дворце!
Тут не было никаких признаков двери, да Талахасси, конечно, и не хотела слепо лезть во двор — ведь она не знала, с чем ей придется там встретиться. Так что снова наверх…
Опять площадка. Нет, это конец лестницы. Она заглянула в другой глазок. Там было темно или отверстие было занавешено. Она ощупала стену перед собой. Наверняка есть какой-то способ открыть ее!
Ее пальцы обнаружили впадину в камне, и она навалилась на нее всем своим телом, чтобы скрытая щеколда отошла.
Талахасси упала через узкое отверстие и запуталась в занавесе, который она почти сорвала при падении. Голова и плечи ее лежали на ковре. Она вдохнула свежий воздух с нежным ароматом духов, и он очистил ее легкие от вони темных коридоров внизу.
Талахасси так вымоталась, что даже не пыталась двинуться. Встань сейчас перед ней сам Касти — у нее не хватило бы сил взглянуть на него.
Чей-то испуганный крик привел ее в себя. Она чуть-чуть приподнялась на локтях и смутно увидела знакомое лицо.
— Сэла…
— Великая Леди!.. Где…
— Сэла! — с трудом заговорила Талахасси. — Никто… не должен… найти меня…
Старая няня Налдамак… Поймет ли она?
— Никто… Сэла… Кандис в опасности. Никто… не должен… знать… что я здесь…
— Великая Леди, никто не узнает! — в этом старом тонком слабом голосе звучала обычная уверенность. — Леди, я не могу нести тебя. Можешь ли ты идти?
Слова доносились до Талахасси словно бы издалека. Она постаралась подняться.
— Голодная… такая голодная… но… никто не должен… знать…
Ключ и жезл лежали там, где она их уронила при падении. Талахасси подтянула их к себе.
— Сэла, — сказала она склонившейся над ней женщине, — одежду для Драгоценных Вещей. Их надо спрятать.
— Да, Великая Леди, — этот голос нес утешение. Сгорбленная от старости фигура исчезла и тут же вернулась с длинной полоской тонкой расшитой ткани — покрывалом со стола. Она с трудом опустилась на колени перед Талахасси, расстелила перед ней ткань и присела у ног девушки, пока та медленно заворачивала талисманы в тугой сверток.
— Сэла… куда?
— Великая Леди, не беспокойся, они будут в безопасности!
Сэла встала, и Талахасси с благодарностью доверила сокровище ее протянутым рукам. Во всей Новой Напате не было более верной души, потому что весь мир для Сэлы был и оставался в Налдамак.
Талахасси не помнила, как она добралась до постели. Но когда она проснулась, в комнате было темно, горела лишь одна дальняя лампа. А рядом на стуле сидела Сэла и клевала носом.
— Сэла! — сказала Талахасси хриплым шепотом, и няня тут же наклонилась над ней.
— Ах, Леди, — она дотронулась до плеча Талахасси, где была повязка с мазью. — Ты пришла в себя?
— То есть?
— Ты говорила так странно, я не знаю этих слов. Я кормила тебя супом, поила вином, а ты как будто не узнавала меня. А твои бедные руки, твои ноги… Леди, что с тобой случилось?
— Я была пленницей… недолго…
Она говорила слова, которых Сэла не понимала. Стала действовать другая часть ее памяти. Она была Ашок… нет, еще кем-то. Кем? Талахасси! Значит, эта часть ее «я» не похоронена, как она опасалась.
— Как Кандис?
Лицо Сэлы омрачилось.
— Великая Леди, мне ничего не говорят. А с тех пор, как ты пришла, я не выходила отсюда. Тут есть девушка-служанка, она новенькая, поступила после того, как ты уехала из Напаты, но она из моей родной деревни и я могу доверять ей. Она принесла еду и сказала, что ходят слухи, будто Кандис погибла в пустыне, когда поднялся песчаный шторм. В городе об этом повсюду шепчутся. Но, — Сэла недоверчиво вздернула подбородок, — я этому не верю. Моя дорогая Леди мудрая, очень мудрая, и у нее были серьезные причины остерегаться даже тени, так что с ней были ее Присягнувшие-на-Мече 12 человек, переодетые придворными дамами и служанками.
Решай сама, мог ли ее коснуться вред? Я не считаю, что она погибла в шторме, скорее она хочет, чтобы так думали ее враги. Но что могло случиться с тобой, Великая Леди? Ведь мы считали, что ты спокойно живешь в Гизане.
Талахасси коротко рассказала о происшедшем. Сэла прямо шипела от негодования.
— Значит, есть тайный путь, и он выходит в эту комнату! Это зло, Великая Леди! Но ты спасла от беды Драгоценные Вещи, и когда Кандис вернется, все будет учтено!
Талахасси села. Ее усталое и разбитое тело протестовало против малейшего движения. Она не чувствовала себя в состоянии сражаться в одиночку с таким сильным врагом, как Касти.
— Не может ли та девушка, о которой ты говорила, добраться до виллы? Я не знаю, живы ли Джейта и Хериор…
