— Уважаемый господин Малин, — улыбнулся Серджио, подняв бокал с вином, — я про вас знаю очень много. А ваша книга, которая разоблачит меня и всех тех, кто был все эти десятилетия вокруг меня, нужна мне не меньше, чем вам. Это не моя смерть, это — моя жизнь. И ваша тоже.
— Не понял…
— Так как мы уже пообедали и восхитились моим любимым Босхом, предлагаю снова налить и продолжить нашу увлекательную беседу. В том числе и о вашей будущей книге.
Ошарашенный услышанным Макс подошел к столу и буквально упал в мягкое кресло, заменявшее ему стул.
— Еще раз повторю, господа! Я не понимаю… Разъясните.
Невозмутимый Алекс явно не собирался прерывать свое молчание, только слегка улыбнулся и разлил напитки. Гостю — виски, а хозяину и себе — вино. После минутной тишины Серджио заговорил. Его голос был чеканен и низок, а глаза с желтым, почти рыжим оттенком не отрывались от лица слушателя:
— Вы действительно выяснили столько, сколько не знал обо мне никто на планете. Пожалуй, за исключением Алекса. Хотя то, что удалось узнать вам, Макс, это лишь небольшая часть моей жизни.
Но факт остается фактом — вы знаете, что я — Луис Кристобаль Сантана, родившийся в 1933 году и погибший в авиакатастрофе в 1957 году. Вы знаете, что я еще и Том Уокер, который в 1963 году присутствовал при убийстве президента Кеннеди — и убитый у озера Мичиган в том же году. Вы удивлены, Малин? А, вы не знали имени Тома Уокера? Так вот, под этим именем я находился тогда в Далласе. Примите это к сведению.
Я — это и Мартин Вайс. Тот самый Вайс, который после убийства Кеннеди с помощью людей президента Джонсона организовывал все военные поставки во Вьетнам и заработал миллиарды на этом, а в 1967 году пропавший без вести во вьетконговских джунглях. Конечно же, вы знаете, что я побывал и Полем Морелем. Да, да, финансистом Морелем, связанным с «Коза Нострой» и ватиканским банком «Амброзиано». Тем самым, который находился на площади Святого Петра во время покушения на римского папу. А потом Морель исчез в неизвестном направлении. Продолжаем перечислять ваши знания?
— Конечно, Серджио. Это очень интересно.
— Также вы уже знаете, — хозяин пригубил вино и улыбнулся, — что я и есть загадочный прибалтийский россиянин Игорь Ларионов, благодаря которому в 1998 году исчез транш Международного валютного фонда почти в пять миллиардов долларов, предназначавшийся для России.
— И тогда же при странных обстоятельствах погиб банкир-миллиардер Эдмонд Сафра, который собирался дать показания ФБР? — не выдержал Малин.
— Да, это так, мой дорогой друг. Кроме того, вам удалось выяснить, что я и есть Эрик Новак, который присутствовал при уничтожении башен-близнецов 11 сентября 2001 года. И еще, по моим сведениям, вы знаете, что этот нехороший Новак вел переговоры с некими неведомыми сотрудниками американских спецслужб о том, что «птички вылетели». Думаю, и голос вы тоже сейчас узнали. Правда же?
— Да, узнал. Дальше, Серджио.
— Кстати, Макс. Ваши всевозможные гаджеты остались в комнате. Но не переживайте. Наш разговор записывается на аудио — и потом часть этой записи будет передана вам. Вы журналист, и для будущей книги вам, разумеется, понадобятся записи, а в дальнейшем я обеспечу вас и другими неопровержимыми доказательствами того, о чем я буду рассказывать.
Но возвращаюсь к перечню моих имен и дел. Итак, все вышеперечисленное — и убийство Кеннеди, и покушение на римского папу, и исчезновение российских пяти миллиардов, и гибель банкира Сафры, и уничтожение башен-близнецов в Нью-Йорке — организовал я.
— Я уже это понял, — медленно кивнул гость, смотря в глаза старику.
— Знаю. Поэтому сейчас и говорю с вами, — спокойно продолжил Серджио. — Но поймите главное: я лично ни в кого не стрелял и ничего не взрывал. Я выполнял только то, что было так необходимо другим людям, которые мне платили за мои действия. Я всего лишь получал огромные дивиденды, исчисляемые в миллиардах долларов, от моего, простите за нескромность, гениального мозга. Но по сути — все это лишь бизнес. Большой бизнес, основанный на двух главных людских страстях — жадности и жажде власти.
Мир безумен, друг мой! Он давно уже превратился в тот самый кошмарный ад, который предрекал Босх. Это бездна. Бездна порока, продажности, предательства, лжи, денег, войны за власть. А я всего лишь зеркало над этой бездной. Не более. Понимаете, о чем я?
— Не уверен… А дальше-то что, Серджио?
— А дальше, уважаемый Макс Малин, урожденный Максим Малинин, предлагаю прервать разговор, чтобы вы не утонули в потоке информации, и продолжить нашу беседу завтра. Также в обед. А сейчас вы просто мой гость — и я предлагаю совершить небольшую экскурсию по моему острову. Согласны? Впрочем, у вас особого выбора-то и нет.
— Вы правы, — ответил его собеседник, вставая. Молчаливый Алекс тут же оказался рядом с ним.
