Пафоса в голосе Матильды было столько, что слуга, который снимал нагар со свечей, едва не упал навзничь. От переживаний.
А девушка поднялась из-за стола и махнула рукой.
- Сидите, кушайте. Я пойду, поплачу... Ах отец, отец мой, какое горе....
Впрочем, вышла она хоть и быстро, но с достоинством.
Дверь захлопнулась, едва не прищемив Шадолю нос.
Лоран переглянулся с Лореной. Сестра тоже поднялась из-за стола.
- И как тебе эта... мышшшшка, братик?
Мужчина откинулся на стуле.
Да, такого он не ожидал. Но...
- Восхитительна! Сестричка, она просто великолепна! Кажется, я влюбился!
Лорена взвыла - и выбежала из столовой. Лоран потянулся под взглядом оторопевшей Силанты, подмигнул племяннице. И та не выдержала.
- Дядя, вы это всерьез?
- Не знаю. Но согласись - она великолепна?
Силанта взвыла - и последовала за матерью.
***
Шадоль так и не явился.
Мария-Элена прождала его полчаса, потом махнула рукой и легла спать, пообещав себе посчитаться завтра с дворецким.
Нарочно он там, нечаянно, подлизывается к Лорене, не принимает Малену всерьез...
Выяснять не будем.
Будем бить. И может, даже ногами.
Сам напросился.
Матильда Домашкина.
- Как тебе этот милый серпентарий?
- Мотя, если бы не ты! Я бы там с ума сошла!
Матильда, которая как раз накладывала серую тушь на ресницы, фыркнула. Ресницы-то у нее были длинные, но светлые, и если не подкрасить, их было и не разглядеть. Некрасиво.
Матильде это было безразлично, но Мария-Элена очень просила. Антон же...
Хотя на шефа пожаловаться было нельзя. По отношению к девушке он не проявлял ничего. Чисто рабочие отношения...
Матильда была рада. Глазами она не стреляла, призывно не улыбалась, коленки и ключицы не открывала. Можно найти, с кем переспать, но ты найди хорошую работу, если на рынке таких как ты - вагон.
- Надо бы нам с тобой стационарно ресницы и брови окрасить, сходить.
Малена пожала плечами.
Все, что могло сделать Матильду привлекательнее в глазах Антона Великолепного, горячо одобрялось герцогессой.
- Давай сходим. Это дорого?
- Вряд ли... ладно, зарплату получим - и пойдем.
Основной принцип бабушки Майи был прост. Не надо тратить больше, чем ты зарабатываешь. То есть - никаких одалживаний, кредитов и кредиток. Очень порочный путь...
Не можешь накопить - не лезь в кабалу. Исключение составляли только ипотеки. Лучше ведь платить за свое, чем за чужое?
С тем девушка и отправилась на работу.
- Смотри-ка, мы не первые...
- Он здесь?
Антон был уже на месте.
Стоило отдать шефу должное, приходил он первым, а уходил иногда последним. Знал несколько языков, свободно говорил по-английски и по-немецки, с грехом пополам мог объясниться на испанском и итальянском. Выискивал новые маршруты, заключал договора, находил партнеров, сам искал клиентов, предлагал даже корпоративные тарифы для групп путешественников...
В этом Матильда смело ставила ему плюс.
Но и от разгильдяя там было немало.
Антон мог по шесть часов висеть на телефоне, договариваясь с руководством отеля и утрясая все, вплоть до мелочей, а мог и сутки резаться в какую-то непонятную игрушку. Или слушать музыку. Или...
Увлечений у него было много. Но главное - девушки.
Та же Лера пыталась атаковать его через два дня на третий, но Антон стойко держал оборону. А Матильде было строго приказано не закрывать дверь кабинета, если Лера приходит с любыми вопросами. От личных до деловых...
Но с работой рыжая справлялась, ничего не скажешь.
Невзирая на провокационную блузку и юбку, которая обтягивала все выпуклости и впадины, она виртуозно находила общий язык с клиентами. Особенно с мужчинами. Или это - благодаря одежде?
Конфликты утихали сами собой, особенно если скандалить и жаловаться приходили мужчины. Если ругались женщины - тут в дело вступала Нина.
Женя просто работала.
Достаточно средне, без огонька, но исполнителем она была очень дотошным и скрупулезным... к Матильде, как и предполагала девушка, она стала относиться ровно. Стоило только понять, что Мотя работает, а не соблазняет Антона - и Женя перевела дух.
Вот и в этот раз Антон пришел на работу раньше всех.
Оп-па?
Мотя прислушалась.
Из-за запертых дверей кабинета доносились недвусмысленные звуки. Может, конечно, там ковер выбивали, постанывая от натуги при каждом взмахе выбивалки, а может - и не ковер.
- Мотя?
- Нет уж. Специально не удеру. Любуйся!
Малена скисла. Ну да, герой девичьих грез - создание эфемерное, не пьет, не ест и в туалет не ходит. И уж точно не трахается неясно с кем в собственном кабинете.
- А если это... порнофильм?
- Сомневаюсь.
Малена тоже сомневалась.
Матильда включила кофеварку и принялась готовить животворящий напиток. Запах поплыл по приемной...
Охи-вздохи в кабинете подошли к кульминации, и минут через десять выглянул растрепанный Антон.
- Малена? Утро доброе...
- Доброе, - улыбнулась Мотя.
- Кофе нам сделай, пожалуйста. Мне как обычно, а Юле... тебе что?
- Ристретто, - проворковал голосок из кабинета.
- И ристретто.
Если неизвестная Юля думала смутить Матильду, то сильно просчиталась. Чашки для ристретто также были в наличии, да и рецепт Мотя знала.
