— Иришка, с чего ты сегодня дерганная такая? — пытается урезонить дочь Иван Михайлович.
— С вами задергаешься, чуть в сторону отвернулся, вы или водку пьянствуете, или за женщинами волочитесь! — сердится Ирина.
— Какие женщины? — слабо запротестовал Иван Михайлович. — Мы из дому не выходили, я вон лампу починить хотел, а не вышло.
— Ты внучка напрасно так на нас! — Спиридон Степанович не торопясь закусывает.
— Вон у моей начальницы, муж, за каждой юбкой бегает, а когда ей об этом сказали, знаешь, что она ответила?
— Ты дед, опять какую-то свою плоскую шуточку скажешь? — Ирина отбирает у него бутылку.
— Вот она, начальница моя на это и говорит: «Моя собака тоже за каждой машиной бегает, но это не значит, что когда догонит, то сядет за руль и поедет!»
— Собака, может и не сядет за руль, а вот мой Игорек, второй раз Светку подвозит. Я их обеих прибью, если увижу ещё раз вместе! — Ирина снова отбирает бутылку с коньяком из рук деда, тот слабо протестует — тянется за ней руками и, махнув, плюхается на стул.
— Это ты зря удумала, Иринка, двойное убийство — на пожизненное потянет! — урезонивает её отец.
— Да плевать! Но и им не жить! А что? Это идея! Найму киллера, деньги, что на сотовый копила, есть, найму и прихлопну!
— Зря вот это ты все говоришь, сама Игоря любишь, и — прихлопну! — Спиридон Степанович заглядывает на дно стакана.
— А что, это тоже идея! — Спиридон Степанович пытается взять бутылку из рук Ирины, — попугать надо Игорешку, пусть на других девок не обзаривается, Знаешь Ир, а давай сделаем так — я на работе, крепкого мужичка найду, пусть он отделает твоего дружка, так что мать родная не узнает, а ты его в больнице навещать будешь, разжалобишься …
Ирина отодвигает бутылку подальше от настойчивого Спиридон Степановича.
— И сколько твой дружок возьмет? Денег ему, сколько на это надо? — её явно заинтересовала эта идея.
— Да не дорого, тысяч двадцать думаю, хватит ему — дно стакана явно не понравилось Спиридон Степановичу и он вздохнув поставил его на место.
— Ой, да знаю я твоих собутыльников! Деньги пропьете, и дело не сделаете!
— Что ты, что ты! Все в лучшем виде — тебе фотографию, а потом и сама на него в больнице посмотришь!
— Двадцать много! — торгуется Ирина. — Давай за десять!
— Вы что это удумали? Это же статья! Посадят тебя за твоего студента! Протестует Иван Михайлович.
— Куда там, посадят! Никто не узнает даже, что она Игорешку заказала, — продолжает бурно агитировать Спиридон Степанович, — отметелит его, будь здоров и скажет, что если ещё он будет эту девку, как её там зовут? — поворачивается Спиридон Степанович к Ирине.
— Света…
— Вот так и скажет — будешь еще возле моей Светки крутиться, ноги выдерну и в другое место вставлю!
— А, что?! Давай дед, считай, договорились! — Ирина решительно роется в своей сумочке, достает купюру, вот пять тысяч, остальное — как только все сделает твой крутой мужик. Да только проучить, пару синяков и все! Иначе не видать ему остальных денег!
— А если нос легонько разбить? — размышляет вслух Спиридон Степанович, — знаешь, внучка, кровь она хорошо отрезвляет! Ни будет он, ни на кого кроме тебя смотреть.
Спиридон Степанович дотягивается до бутылки, но Ирина ловким движением руки лишает его вожделенного.
— Оставьте в покое коньяк, мне уйти пора, с практикой решать надо — погрозив пальчиком отцу и деду, уходит.
— Спиридонович, ты что?! Заболел? Какие деньги? Какой наезд на Игоря? Она ему не жена, сам решит с кем ему встречаться! — протестует Иван Михайлович.
— Подожди, тут дело тонкое! Денежки Иринка все равно профукает, а мы подзаработать моему хорошему другану дадим, он на мели и тысченок несколько ему не помешают.
— Подставить под статью своего друга хочешь? Это не хулиганство, какое, а вдруг Игорь твоему драчуну да накостыляет по первое число? Парень он крепкий, да и здоровьем Бог его не обидел! — все ещё пытается отговарить тестя Иван Михайлович.
— А с чего ты взял, что кто-то будет бить Игоря? Он, между прочим, может твоим будущим зятем станет! Конечно, если у него со Светкой всякие там шуры-муры, дубазин как лекарственное средство не помешал бы. Кто их там эту молодежь разберет! — Я что думаю, уж коли получилось, так что волки сыты и овцы целы, значит, волки съели пастуха. Я, приглашу Игорька, мы ему все порасскажем, вот он нам и согласиться подыграть! Такой спектакль устроим! — довольно потер руки Спиридон Степанович.
— А, вдруг не согласится Игорь, тогда как? — все ещё сомневается Иван Михайлович.
— Да погоди ты, — отмахивается от зятя Спиридон Степанович, — где то у меня тут телефон Игоря, — берет в руки сотовый телефон.
Звонит.
— Алло? Это Игорь? А это Спиридон Степанович! Какой, какой!?. Да дед твоей Иринки, Степанович! А. вот то-то! Узнал, наконец! Слушай, ты подойди к нам, дело к тебе неотложное. Да брось, ты сессия подождет, ты где? Дома? Ну, так это тебе из соседнего подъезда к нам идти, минутное дело, давай подгребайся, как у вас говорят, к нам! Все, ждем! — вот так, поворачивается он к Иван Михайловичу, — сейчас мы это дело с ним обмозгуем!
Выдвигает ящики комода, бормочет:
