Заряна, извиваясь словно вспугнутый уж, протискивалась в дыру под брёвнами. Я, скользнул следом за ней. О боже! Дыра оказалась маленькой! Мои плечи не проходили в неё. Жар начал заливать мою спину, да ещё сверху свалилась груда извивающихся от нестерпимой боли тел. Кто-то судорожно, цепкими руками тянул меня наверх. Резко лягаясь от этих горящих людей, я рыл и рыл землю. От нестерпимого жара трескалась и горела кожа на спине и ногах. Я выл от боли, протискиваясь в дыру. Заряна схватив меня за руку тянула к себе задыхаясь и кашляя от дыма.
— Уходи! Спасай себя и ребёнка! — в мои легкие, словно расплавленный металл влился раскаленный воздух. Я захлебнулся и последним отблеском угасающего сознания почувствовал как на меня сверху, ломая ребра, рухнули брёвна потолка.
Живительная струя свежего, прохладного воздуха вливалась в мои судорожно дергающиеся легкие.
— С возвращением, Георгий Михайлович! — доктор передал влажную губку своему помощнику. Моё лицо было влажным, может от слёз, может от воды.
— Как путешествие? Если желаете, можем часть воспоминаний стереть.
— Нет, не желаю! Знаете, господин Агорян, что самое главное в жизни? — не обращая внимания на изумлённый взгляд доктора, я встал со своего ложа, пошатнулся, придержался за стену, продолжил:
— Дышать! Просто свободно дышать! Всё остальное не важно!
Иван Михайлович Перышкин — архитектор, градостроитель, без дела.
Галина Спиридоновна Перышкина — его жена, преуспевающая бизнесвумен.
Дочь — Ирина, студентка 4 курса химического факультета, 22 года.
Игорь — бой-френд Ирины, студент 5 курса химического факультета, 24 года.
Спиридон Степанович Хохряков — отец Галины Спиридоновны и тесть Ивана Михайловича, пенсионер персональных чего-то там.
Исидо Томару — представитель японской корпорации, переводчик.
Адвокат — Никифоров Сергей Витальевич.
Господин государственный нотариус страны Восходящего Солнца (Японии, можно переложить его роль на переводчика)
Гостиная в доме Перышкиных. На диване спит Иван Михайлович, настольная лампа освещает часть дивана, кульман с приколотым листом ватмана, на нем чертежи и яркая картинка каких-то рисунков — строения, развилки дорог.
Галина Спиридоновна возле зеркала наводит последний глянец перед выходом на нелегкую тропу бизнеса.
— Не понимаю я твоих полночных терзаний, твоих немыслимых рисунков и чертежей, ты и в правду думаешь, что твои города будущего будут строить и будут в них жить? — выговаривает она спящему супругу.
— Карандашиком по бумаге провозишь всю ночь, а в дом одна я приношу хоть что-то.
Вон у меня в третьем магазине грузчик запил, помог бы сегодня девчатам.
— Привет, мамочка! Ты что, пытаешься с утра пораньше привести папочку в вертикальное состояние? — мимоходом, заглянув в зеркало, поправляет прическу.
— Ирина, твой отец всю ночь чертил вот эти шедевры архитектуры — потрясает одним из рулонов, бросает его на пол. — А добывать хлеб насущный должна одна я!
Галина Спиридоновна разворачивается к лежащему на диване мужу.
— Ты забыла еще о масле, которое тоже добываешь ты! — бросает реплику И.
— Почему ты всегда дерзишь матери? — нервно осаживает дочь Галина Спиридоновна.
— Когда просишь денег на новый наряд или на дискотеку, то извольте — сразу любящая дочь, а проводить меня на трудовой день, так хорошего слова от тебя не дождешься!
— Мам, ну не заводись, мы тебя любим! И мне удачи пожелай, мне сегодня определяться с практикой, как — никак первый день!
— Сергей Витальевич обеспечит тебе хорошую практику, уж я об этом позабочусь.
— Сергей Витальевич, Сергей Витальевич, — передразнивает дочь, — Сергей Витальевич уже обеспечил себе тепленькое местечко, возле нашей семьи! Дочь направляется к выходу.
— Ты как разговариваешь с матерью?! Да, Сергей Витальевич, друг нашей семьи и, между прочим, хороший друг! Останавливает Ирину мать.
— Ну, ну, если друг оказался вдруг! — бросает реплику Ирина, уходя в дверь.
— Несносной совсем стала и дерзкая, слово ей не скажи, все понимает по своему, так как ей в голову взбредет! И в кого она такая? — Галина Спиридоновна заканчивает макияж.
— Вся в тебя, Лениво отреагировал Иван Михайлович, садясь на диване.
Настольная лампа мигает несколько раз и гаснет.
— В этом доме мужчина есть, в конце концов? В голосе Галины Спиридоновны звучит металл, хватит валяться, зря только диван топтать! Значит, так, вынесешь мусор, пропылесосишь квартиру и почини эту лампу!
— Сдалась тебе эта лампа, слабо отреагировал Иван Михайлович, давно надо купить новую.
— Надо будет куплю, эта лампа мне памятна, починишь, ничего с тобой не станется, хоть какая-то польза от твоего высшего образования!
— Всегда ты придираешься к моему образованию, кстати, я окончил архитектурный факультет, а не энергетический, и в этом твоя мама меня всегда понимала, И. М. откинул плед.
