Так, стоп! Это же хорошо! Слышала, что люди, обладающие талантом, но по некоторым обстоятельствам вынужденные его скрывать и изготавливать посредственные работы, очень страдают. А у меня никаких страданий! Сейчас как нарисую… сразу же исключат из отбора!
Под холстом не было ни кистей, ни красок, и мы с принцессами, удивленно переглянувшись, уставились на Распорядителя, ожидая пояснений.
Он усмехнулся.
— Вижу, вы в растерянности. И, полагаю, далеко не каждая из вас умеет рисовать. Не беспокойтесь, за вас это сделает стихия.
К нам подскочили слуги, с поклоном протягивая каждой серебряный поднос, на котором лежала небольшая палочка: сантиметров пятнадцать в длину, тонкая, как спица, и полупрозрачная, переливающаяся всеми цветами радуги. Мы повертели палочки в руках, все еще ничего не понимая.
— Это артефакты, принадлежащие Повелителю, — пояснил Рэнтор. — С их помощью и с поддержкой своего дара вы сможете нарисовать все, что угодно. Кисть Четырех Стихий чувствует, что вы хотите перенести на холст, и призовет вашу магию. Просто представьте то, что хотите нарисовать, и проведите по холсту.
— И что же мы должны нарисовать? — не выдержала я.
Рэнтор растянул губы, как мне показалось, в издевательской улыбке:
— Повелителя Эритана, разумеется.
— Так его же никто не видел!
Ой! Надеюсь, сведения моих подружек были верными…
Рэнтор хмыкнул.
— Пусть вам это не мешает, элья Ларна, попробуйте представить внешность Повелителя. Если бы все знали, как он выглядит, данный этап не имел бы смысла.
А сейчас имеет?! Зачем мы должны рисовать… Рэнтора?!
Сегодня мы с принцессами были на редкость единодушны: бросали друг на друга озадаченные взгляды и с ужасом смотрели на холст перед собой. Но все, так или иначе, взяли в руки кисти-палочки, и…
— Орма, — шепнула я притаившейся на платье змейке, — что мне делать?!
— Рис-с-совать, — тут же отозвалась она, и в ее голосе прозвучало ехидство.
— ЧТО?!
— А ты как думаеш-ш-шь?
Я едва не застонала.
— Ну помоги, пожалуйста! Ты можешь призвать воду Проклятого моря?
Змейка ответила не сразу, а я занервничала.
— Зачем тебе?
— Хочу поразить господина Распорядителя ужасной картиной! Тогда он отправит меня домой!
— Ладно, — хмыкнула Орма. — Не с-с-сопи, помогу.
Я радостно кивнула и, поудобнее перехватив «кисть», приступила к «рисованию». Наверное, очень увлеклась…
— Ты холс-с-ст проткнеш-ш-шь, — недовольно зашипела змейка. — А я пытаюс-с-сь с-с-сконцентрировать магию!
— Извини…
В следующее мгновение с кончика импровизированной кисти сорвалась темно-синяя, почти черная, струя воды, и на холсте проступили очертания будущей картины. Я отключила все эмоции, стараясь не мешать змейке, и огляделась. Нас поставили так, чтобы мы не видели работы друг друга, однако принцессы, похоже, были довольны результатом своего труда. Они упорно выводили на холстах что-то шедевральное, когда как я просто отдалась во власть магии Ормы.
Через четверть часа картина была закончена. Я смотрела на нее с ужасом, никогда по собственной воле не нарисовала бы ничего подобного! Высокий плечистый мужчина — это все, что можно было счесть привлекательным на моем рисунке. «Повелитель» выглядел как глубокий старик с испещренным морщинами и шрамами лицом, узловатыми пальцами и редкими волосами. Меня никогда не отталкивала старость — я обожала тонкие лучики в уголках бабушкиных глаз, и даже глубокие морщины, бороздившие добродушное лицо, ничуть не портили внешность бабули. Но человек, изображенный на картине, не вызывал ничего, кроме отвращения. Может, все дело в тяжелом, злобном взгляде абсолютно черных глаз, напоминавших провалы?
Отвернулась от картины и выдохнула — надо же, на что способна магия Проклятого моря! Спустя пару секунд я отошла от шока, вызванного вроде как собственным творчеством. Зато мысленно порадовалась — сейчас меня точно исключат!
Я отняла палочку от холста, а вслед за мной так поступили и остальные принцессы. Рэнтор, все это время стоявший поодаль со скрещенными на груди руками, направился к ближайшей претендентке.
— Элья Дарина, интересный образ. Правда, боюсь, такими объемными формами Повелитель похвастаться не может.
Он забрал ее рисунок и свернул его в свиток, не обращая внимания на заламывающую руки наследницу Королевства земли. Мне показалось, что она проиграла.
— Элья Бриста, вижу, вы старались, но цвет волос подкачал. К тому же Повелитель не носит красное.
Принцесса огня вздрогнула и даже слегка отшатнулась. Но Рэнтор не обратил на это внимания, шагнув к следующей картине.
— Элья Илина, поверьте, тщедушностью Повелитель не страдает, да и волосы до талии не жалует.
На побледневшую принцессу было жалко смотреть. Но не исключат же ее, в самом деле?!
Но удивило меня другое: ни одна из принцесс не изобразила Рэнтора. А ведь подозрения о том, что он — Повелитель, озвучивались на единственном совместном ужине. Похоже, за претенденток поработала магия и нарисовала идеал своего королевства. У всех, но не у меня…
