— Пусть цена тонно-километра при перевозке на современной реактивной машине условно составляет три доллара, — продолжал Бен Мордехай, — а на кстати упомянутом «Дугласе» — пусть даже четыре, как экономистам авиакомпаний хочется, хотя, на самом деле, что-то около двух с половиной. Но ведь затраты на роботизированное крупносерийное производство поршневого «Дугласа» — триста тысяч долларов, а на производство современного реактивного транспортника — триста миллионов долларов, в тысячу раз дороже. Вместо одного транспортника можно было бы построить тысячу «Дугласов». Но всему миру столько их не надо. Чтобы заменить один супертранспортник, надо всего десять или двадцать «Дугласов» или «Каталин», уже экономия минимум в пятьдесят раз, а фактически много больше. Потому что не потребуется высокоточных «умных» станков с программным управлением, мощных прессов, не нужна высочайшая квалификация самолётостроителей, гораздо меньше энергозатраты, экономятся металлы и руды, не требуются титан и новейшие суперсплавы, СВЧ-печи для их получения — вот и подсчитайте, всё равно по общему итогу будет дешевле. К тому же, например, «Каталина» способна и приземляться на сушу, и приводняться на реки и озёра, и не нуждается в развитой сети аэропортов, отнимающих всё более обширные равнинные земли, цена которых постоянно растёт. Поднимает она двадцать пять пассажиров, а не двести пятьдесят. Но, может быть, если хорошенько подумать, вовсе и не надо всем всё время летать? Средства связи позволяют обходиться теперь без личного присутствия даже на экзаменах.
За сутки в воздухе слегка осовремененная в смысле упрощения эксплуатационного обслуживания, переделанная на экономичные дизели и более лёгкая «Каталина» доставит груз на те же пять или шесть тысяч километров, а потребит горючего и «съест» гораздо меньше кислорода из атмосферы, чем прожорливая и тяжёлая реактивная транспортная машина, переносящая в основном себя. Насколько меньше экологического вреда причинит воздушный флот таких сравнительно лёгких «Каталин»? А за климат в стоимости киловатта считают? Утерю климата только оплакивают! Такой методики всё ещё нет! Чем же заняты вы, господа Нобелевские экономисты?!
Прогресс, хоть и необходимый, — он всегда однобокий: если за самолёт можно взять дополнительный миллион, такие и станут строить, сочинят хоть сто обоснований. Хотя мясо и фрукты — не факс и не телеграмма, — к чему выгадывать считанные часы, секунды, оплачивая мнимую экономию времени тратами миллиардов долларов на дорогостоящую реактивную технику? Здесь принцип достаточности противопоставляется применяемому принципу избыточности и проигрывает. И если мы подсчитаем, во сколько раз уменьшится нагрузка на природу, то обнаружится истинная экономия, но ведь этого мы лукаво как раз и не подсчитываем. Уклоняемся, ратуя за якобы научный и технический прогресс в интересах всего человечества, но набивая именно за его счёт собственный карман. Пш-ш-и-и-к!.. Пш-ш-и-и-к!..
— Зовёте назад, в пещеры? — рассмеялась, в свою очередь, и Акико.
— Да вовсе нет, дорогая мисс Челия, — ещё более оживляясь, возразил Эзра, — я толкую всего лишь о том, как и что правильно считать, в качестве диктующего аргумента привлекалась ведь экономика, а не что-либо иное, не частная прибыль монстров аэрокосмической промышленности, — так я как раз об экономике. На экономиста выучилась моя Рахиль, хоть и не работает по специальности там, а я всё-таки учусь от неё здесь. Гонка за мнимым совершенством, которое всегда оценивается без учёта вреда, наносимого природе, — это стремление быстрее получить сверхприбыль через создание надуманной потребности. Зря, что ли, эффективный маркетинг заменили агрессивным? Выгоду магнаты ловят, только свою выгоду! Причём, все — по единой методике. Но их экономикс в качестве приплетённого обоснования здесь, если всмотреться, оказывается вовсе ни при чём. Да и отмахиваются от экономики и экономикс с лёгкостью. От любых «сложных» размышлений тоже. Кроме, разве, Норвегии, которая реально делает отчисления в национальный фонд будущих поколений и постоянно его пополняет. Остальные без зазрения совести перекладывают последствия решения своих проблем на своих же потомков, которых, как уверяют, сильно любят, однако, успокаивают себя, не увидят. Прогресс не был целью, он всегда был только инструментом для роста прибылей. Но целью прогресса должно стать превращение планеты в рай земной для всех на ней живущих, а не для десятка особей, самими собой «избранных».
Бен Мордехай, похоже, не нуждался в нашей благодарности за свой рассказ или хотя бы в его оценке. Он приметно сиял, мне показалось, от сознания, что смог, наконец, поделиться плодами своих уединённых размышлений.
Акико ненароком вежливо поинтересовалась, что нового на его уровне слышно о катастрофе патрульного самолета ООН.
