— Видишь ли, Борис… Сказать откровенно, я изо всех сил стремилась и теперь стараюсь сделать из тебя… Конечно, не сделать, а скорее, воспитать? Воспитание детей — это педагогика, воспитанием взрослых ныне занимается андрогогика. Да, наверное, стараюсь воспитать тебя человеком, безусловно, русским. Но…
Но мне очень сильно хочется, чтобы ты получил действительно современное образование, а не то, кем-то принятое, которое только и смог бы получить в своей стране. Впрочем, и в любой другой так называемой цивилизованной, то есть западной стране, тоже. Кроме того, мне приходится, в посильной степени, восполнять и те пробелы, которые допустила я сама. И не обязательно, не факт, что допустила по моему недосмотру. Просто мы чего-то ещё не касались. Не дошла очередь. И, как всегда, не хватило времени.
Попробую объяснить тебе, начиная с самого понятного.
Андрей Кокорин, конечно, прав, когда говорит о большей внутренней свободности, меньшей скованности русских учёных в их исследованиях. Я освежила сейчас в памяти кое-какие выводы, сделанные вашим русским академиком Гаряевым, если это не псевдоним, лет ещё пятнадцать или даже двадцать назад, чуть ли не при Советском Союзе. Своими уникальными опытами он определил, что голограмма, то есть голографическое изображение будущего человека, возникает ещё до его появления на свет в виде законченного внутриутробным формированием живого организма. Представляешь? Человека ещё нет, а его духовный образ уже есть. Значит, можно попытаться увидеть образ будущего человека и понять, кто это будет. Для этого не обязательны астрологические расчеты. Или их стало возможно проверить непосредственным увидением, я ведь практик. Заинтересовалась и пробовала заглянуть в будущее, за моё собственное посмертие.
Очень надеюсь, что мне предстоит ещё долго и, хотелось бы, счастливо жить в этой моей жизни здесь, на Земле. Но мой земной срок и я не перейду. И в отношении меня, точнее, следующего за моим посмертием нового рождения человеческого вместилища того облачка сознания, которое принадлежит сегодня мне, уже существуют как минимум две программы. Стало быть, для Вселенной в итоге обе они равноценные, а для меня, кажется, возможен выбор.
По одной из них, моё сознание получит следующее перерождение, по-моему, в Чехии и проживёт там свою новую жизнь до уже определённого этой программой возраста. По другой — в Швеции. Чешка, которую я увидела первой, проживёт, вероятно, немного дольше. И эта чешская женщина показалась мне заметно более симпатичной, даже, знаешь, по-европейски красивой. Она какая-то, знаешь, такая… Более спокойная. Своим обликом располагающая к себе. Крупная, да, довольно крупная, почти дородная. Но не толстая. По-видимому, во мне достаточно духовности для формирования такого её будущего тела, крупного. Много духа, хотя и не через край. Шатенка. Глаза серо-голубые, выпуклые, ясные, светящиеся, живые, объёмные. Очень гладкая, ухоженная кожа лица. Чешка вполне довольна собой, по ней видно, что у неё всё хорошо.
