Всего на мгновение мучитель приподнял голову человека над миской, чтобы тот не задохнулся слишком быстро, но Луизе хватило этого мгновения, чтобы узнать искаженное болью лицо с глазами, полными бессильной ненависти.
– Жри, псина, жри!..
«Нильс!»
Луиза была достаточно честна с собой, чтобы понимать: она надеялась увидеть не его. Но представлять Олле на месте Нильса было еще ужаснее и постыднее.
Страх и отвращение перед повадками бывшего каторжника вдруг отошли на второй план, как стало неважным пристальное внимание людей брата к каждому ее движению.
Отчаянные времена порождают отчаянных людей. Злобных, кусачих тварей. Таких, как Нильс, как брат, как Олле, как она сама.
Пальцы сами нашли рукоять стилета, и черная сталь благодарно запела, выходя из ножен.
Нильс был тварью из ее стаи. Стаи, что когда-то называлась Крысиным Театром и была первой настоящей семьей Луизы. И что бы ни было между ними прежде, она не желала ему смерти.
Пусть она не умеет драться, стрелять и колоть, но притворство может быть оружием не хуже карабина и ножа.
Поднявшись на ноги, она дрожащими руками подала несколько невнятных знаков бандитам из Фиеры.
Это всего лишь еще одна роль, которую она должна сыграть.
Не дожидаясь пули в спину, Луиза бросилась за угол и с силой ударила в дверь, а та неотвратимо отворилась.
Никогда она не молилась богам. Ни Матери Фригге в одиночестве тесной комнатушки общежития, ни Фрейе, когда ее оставил Густав, ни разбивающему преграды Тору, когда бежала от отца. Однажды, правда, вспомнила о хитреце Локи, когда они с другими театралами собирались обыграть и казино, и целый город, но не в мольбе, а скорее в шутливом обращении.
– Ты еще кто?!
И вот теперь, находясь меж двух огней, когда лишь чудо могло спасти ее от пуль, она могла вспомнить только пылающий остов ратуши и дорогие ей лица, покрытые сажей.
«Помогите мне сыграть эту роль!» – взмолилась Луиза, призывая в памяти всех своих друзей и недругов.
– Язык проглотила?
– Эй ты! Как сюда попала, цыпа? Что там у тебя в руке?
Луиза вскинула подбородок, как обычно делала это Чайка, привыкшая смотреть на людей выше нее сверху вниз. Потом перенесла вес на левую ногу, картинно уперев руку в бедро – так почти не дрожали колени – и поигрывая стилетом в другой.
Алонсо все-таки оказался прав: на складе действительно были шестеро. Пять бандитов и Нильс.
– Так вот как проводят время доблестные охранники, на которых полагается Теодор! – насмешливо протянула девушка. – Вино, кости… – Она скользнула взглядом по Нильсу, не пытаясь понять, узнал ли он ее. – И избиение живого трупа. Я в полном восторге, – невозмутимо заключила она.
– Ты…
Один из бандитов, пошатываясь, но все равно весьма проворно, заторопился к ней, на ходу выдергивая из кобуры рукоять револьвера. Но оружие Луизы было наготове.
Миг – и острие черного стилета закачалось перед самым носом безымянной Крысы. Тот скосил глаза к лезвию, обнажая багровые от выпитого белки.
– Чуешь? – вкрадчиво, как Олле, заговорила она. – Пахнет домом, верно? И тяжелой рукой хозяина на твоем загривке.
– Тиль!
Тиль гулко сглотнул и махнул рукой.
– Спокойно, свои.
Луиза медленно опустила стилет, но в ножны его убирать не стала.
– Ты из Хестенбурга? Или из местных?
Девушка не торопилась отвечать. Стараясь не суетиться, начала исследовать комнату, чтобы понять как можно больше о происходящем.
– Из столицы, разумеется. По морю прямиком оттуда.
Нужно было тянуть время и выгадать самый удобный момент, чтобы вызволить Нильса. А что будет после? Она еще не знала.
Вдоль стен строгими рядами стояли ящики с печатью оружейного завода Кантабрии на каждом. Две дюжины, а то и больше. Как она и предполагала, тут была замешана контрабанда, а в таких количествах это могло значить лишь одно – объявление войны.
С кем? Неужели с Венделем? Вряд ли. С таким боезапасом можно перебить целый город вроде Фиеры. Оставался только Борислав, который, по слухам, набирал мощь в этих землях. Другой мебели на складе не было, только моряцкие лежанки из непромокаемой ткани, выложенные в центре полукругом.
– И чего хотел Теодор, раз уж прислал Темное Лезвие? – осторожно заговорил вихрастый старик, не сводя с лица Луизы подозрительного взгляда. – Мы всегда четко выполняли его указания.
– О, я прекрасно слышала, как вы собирались выполнять указания Короля, – скривила губы Луиза. – Как радовались, что его здесь нет и никто не прознает о вашем предательстве.
Она поддела носком сапога деревянный стакан с игральными костями, стоявший прямо на полу. Они прокатились, с веселым перестуком отталкиваясь от досок и друг от друга, пока все же не замерли. На верхней стороне каждой красовалось по шесть черных точек. Лицо Чайки ухмыльнулось в памяти Луизы.
– Кости с грузилами. Здесь настолько скучно, что вы жульничаете в игре друг с другом? – равнодушно уточнила Лу.
Бандиты наконец прекратили ее разглядывать. Двое из них немедленно принялись пререкаться, сыпля отборной руганью.
