Превратилась в мохнатую белую собаку. Спустя мгновение вслед за ней вышел хозяин – полноватый немецкий старичок, - и нервный, истеричный смех чуть было не сорвался с губ Виттории.
Дожила. Бояться даже не своей, а собачьей тени – это уже совсем финиш.
- Что там? – голос Цезаря раздался над ухом, и она непроизвольно вздрогнула от неожиданности.
- Не, ничего. Пойдем, конечно.
Есть совсем не хотелось, но ни одной причины не согласиться с ним Виттория не видела.
Дойти до ресторана они не успели. Стоило немного отойти от вокзала, через сквер, в сторону некогда многолюдной набережной, Цезарь замер и уставился вдаль.
Туда, где за лысыми деревьями виднелась уходящая за горизонт ровная водная гладь Боденского озера.
- Какого… – протянул он.
- Ты же говорил, что ты тут воевал, - Виттория пожала плечами, - Не видел раньше, что ли?
- Мы севернее переходили, - помотав головой, парировал Цезарь, - Зря мы сюда приехали. Здесь минимум пару часов плыть у всех на виду. Нас быстро поймают.
С этим выводом сложно было поспорить. Если бы не одно “но”.
- Гай, я, конечно, не сильна в географии Германии, но где-то ведь это озеро должно заканчиваться? Надо глянуть по карте.
Дурные зависимости всегда цеплялись быстрее всех остальных – и первым делом Цезарь тут же достал телефон и уткнулся в него. Но поиск не принес должного результата, и спустя какую-то минуту он оторвался от экрана и растерянно сказал:
- Он почему-то до сих пор мне показывает Мюнхен, - поворачивая телефон к Виттории.
Прищурившись от яркого, бьющего в глаза, света она с трудом смогла разглядеть карту.
- Нажми на стрелочку внизу. Должно подцепить местоположение.
Если номер все еще был жив. Если Карстена все еще не нашли и не признали мертвым.
Сердце болезненно сжалось от одной мысли.
Цезарь молчал, уткнувшись в телефон с самым озабоченным видом. Отгоняя от себя нехорошие мысли, Виттория украдкой заглянула к нему через плечо – и камень упал с плеч.
На экране был Фридрихсхафен. В верхнем углу виднелся вокзал, с которого они только что вышли, а красная стрелочка отображалась почти на берегу озера.
Номер был жив. Маленькая, но такая важная сейчас частичка привычного мира удержалась на волоске.
Официант – совсем молоденький парнишка – нарисовался возле их столика сразу же, стоило им сесть. Ни с чем не сравнимое удивление на его лице выдавало, что новых гостей здесь не было очень и очень давно.
Высокие налоги, вместе с границами и доступным дешевым отдыхом во внеземных колониях добили и без того едва шевелящийся туристический бизнес Альп еще до того, как Виттория вышла из школьного возраста, и о том, что когда-то все было иначе напоминали разве что пустующие многочисленные отели.
Приняв заказ, официант скрылся в зале ресторанчика, оставив их на веранде в полном одиночестве.
Телефон завибрировал в кармане. Виттория достала его и недоуменно уставилась на экран. Уведомление от LinkedUp, с одним единственным словом “вложение”. Палец коснулся всплывшего окошка. Приложение открылось.
Картинка развернулась почти на весь экран. Странное переплетение абстрактных узоров, безумные цвета. Словно творение очередного современного художника, на которые так любил плеваться папа.
- Это что за… - удивленно выдохнул Цезарь.
Виттория подняла взгляд:
- Что такое?
Цезарь повернул экран своего телефона – и она в неверии моргнула. Та же самая картинка, что красовалась на ее собственном экране, смотрела на нее с другой стороны стола.
- Мне тоже пришло, - успокоившееся было сердце снова забилось быстрее. Она подтолкнула свой телефон к нему.
- И что это? – наконец, спросил Цезарь. На его лице читалось недоумение.
Виттория сглотнула нервный ком и оглянулась:
- Не знаю. Может, какая-то вирусная атака. Удали на всякий случай.
- Как? – последовал немедленный вопрос.
Тяжело вздохнув, Виттория взяла его телефон и сделала все сама. Так было быстрее и проще.
Опустевшая лента LinkedUp медленно скользила под пальцем. Все коллеги, кроме Карстена, навсегда испарились из друзей, и теперь она ощущалась донельзя холодной и безжизненной. Редкие фотографии старых школьных подруг, длинный пост Джузеппе, который все равно никто кроме его друзей-историков никогда не стал бы читать и бесконечная реклама.
Раньше она терялась в потоке сообщений, и только сейчас Виттории стало очевидно, насколько много ее на самом деле было.
В нижнем углу экрана отображалась иконка последнего разговора. Фотография Адель в затонированном гоночном шлеме.
Палец несколько раз зависал над ней, но что-то словно останавливало Витторию от нажатия.
Официант вернулся с заказом и на мгновение отвлек ее от мрачных раздумий и сомнений. Две тарелки перекочевали к Цезарю, а напротив нее оказалась только одна чашка. Несмотря на то, что со вчерашнего ужина в желудке не было ничего, кроме кофе, есть не хотелось совсем.
Едва отвлекшись, Виттория снова уткнулась в телефон.
На этот раз палец коснулся иконки чата быстрее, чем она успела это понять – и остановиться.
Никакого “
